Зак не может найти ни одного аргумента против неопровержимого факта: его прошибает от одной близости Аарона Мёрфи.
Факт: его кроет, когда чужие руки оказываются по бокам от него, чужие плечи - выше него.
Когда поднимает взгляд и смотрит на чужие губы так близко снизу вверх - тоже.
Аарон еще не сделал ни-че-го, Зак уже готов на в с ё... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 16°C
• джек

[telegram: cavalcanti_sun]
• аарон

[telegram: wtf_deer]
• билли

[telegram: kellzyaba]
• мэри

[лс]
• уле

[telegram: silt_strider]
• амелия

[telegram: potos_flavus]
• джейден

[лс]
• дарси

[telegram: semilunaris]
• ронда

[telegram: mashizinga]
• даст

[telegram: auiuiui]
• цезарь

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » God never makes errors


God never makes errors

Сообщений 1 страница 18 из 18

1

Код:
<!--HTML--><link href="https://fonts.googleapis.com/css2?family=Oranienbaum&display=swap" rel="stylesheet">
<style>#ship1 {
--sh1mr: auto; /* отступ слева, auto - для отцетровки */
--sh1w1: 500px; /* ширина карточки */
--sh1bg: #000; /* фон карточки */
--sh1br: #949494; /* цвет текста и рамки */
--sh1cl1: #d6a271; /* цвет заголовка */
}
#ship1 {display:block; padding:40px; margin: 1.2em auto 1.2em var(--sh1mr); background:var(--sh1bg); outline: 1px solid var(--sh1bg); outline-offset:10px; width:var(--sh1w1);} /* shipovnik */
#ship1, #ship1 * { box-sizing:border-box;}
/* АВАТАРКИ КАРТИНКИ */
.shiav {width: 70px; height: 70px; margin: auto 8% auto auto;
display:inline-block; border-radius:50%; background:var(--sh1bg); border: 1px solid var(--sh1br); transform: translate(0%, -50%); transition: all 0.3s ease; background-position:50% 50%; background-size:cover;}
.shiav:last-child {margin-right:0px;}
.shiav:hover {transition: all 0.3s ease; transform: scale(1.2) translate(0%, -40%);}
/* БЛОК АВАТАРОК */
.shiprs {display:block; border-top: 1px solid var(--sh1br); text-align:center; margin: 35px auto auto;}
/***   ЗАГОЛОВОК   ***/
#ship1 > em {display:block; margin: -10px auto 16px auto; text-align:center; font-style: normal !important; letter-spacing:1px; color:var(--sh1cl1); font-family: Oranienbaum, Georgia, sans-serif; font-size: 32px;}
/***   БЛОК ТЕКСТА   ***/
#ship1 > .btext {padding: 0 50px; font-size:12px; color: var(--sh1br); font-family: Arial, Tahoma, sans-serif; text-align:justify;}
/***   ПЕРСОНАЖИ   ***/
.btext > p {margin:auto !important; padding-bottom:14px !important; text-align:center; font-style:normal; font-size:11px !important; opacity: 0.65;}
</style>

  <div id="ship1"><div class="shiprs">
  <!--   ЗДЕСЬ АВАТАРЫ   -->
<div class="shiav" style="background-image:url(https://forumupload.ru/uploads/0010/a8/ca/8499/488768.png)"></div>
<div class="shiav" style="background-image:url(https://forumupload.ru/uploads/0010/a8/ca/8499/147377.gif)"></div>
<div class="shiav" style="background-image:url(https://forumupload.ru/uploads/0010/a8/ca/8499/947154.png)"></div>
  </div>

  <em> God never makes errors. </em>

  <div class="btext"><p>
Arizona Haas   —   Malcolm Morgan   / 2019
  </p>

Порой поддержку можно получить там, где ждешь ее меньше всего. Обычные письма способны вывести к свету даже в самой кромешной тьме. 

  </div></div>

+1

2

Знаешь. Мне тебя не хватает. Не то чтобы мы с тобой близко знакомы и много общались, но те дни перед Рождеством… Наверное, я скучаю. Я пару раз приезжала к яхте. Вру. Я много раз приезжала к яхте. Но тебя там нет. И следов того, что ты на ней был, тоже нет. Я не переживаю, знаю, что у тебя все в порядке. Просто скучаю.

Зачем-то завела дневник. Даже когда была маленькой, никогда подобным не увлекалась. Не понимала ни смысла, ни лишней траты времени. Наверное, я просто никогда никого не теряла, мне всегда было с кем поговорить, а теперь… А теперь тоже есть с кем, но отчего-то хочется поделиться мыслями с конкретным человеком. Он никогда не прочтет этих строк, но, когда я говорю с ним через буквы, скучаю немного меньше. Мне так кажется.

Привет. Прошел еще один месяц, но ты так нигде и не объявился. Мне кажется, ты даже на могилу перестал ходить. Я была на выходных в Сакраменто. Не то чтобы пыталась найти тебя. Ты исчез, значит тебе так нужно, я это уважаю. Но каким-то странным образом машина привезла меня на то кладбище, и я не могла не зайти. Убрала листву с каменной плиты и надгробья. Извини, я была без цветов, не знала, понравится ли это твоей жене. К Бену тоже хотела зайти, но он был не один. Не стала нарушать их идиллию.

Так странно. Иногда записывать собственные мысли полезно. Я обычно веду ежедневник для рабочих дел, встреч, судебных заседаний. Но кажется, у меня появилось новое хобби, писать письма Малькольму. Неплохой психологический прием. Дошло уже до того, что эту тетрадку я вожу с собой даже в Лондон. Если раньше я приезжала к родителям, проверяла яхту, понимала, что там никого нет, и записывала мысли, то теперь я это делаю независимо от того, где нахожусь.

Наше Рождество. Я не придала тогда значения. Наверное, я просто была сильно рада тебя видеть, чтобы грузиться по поводу договора. На тот момент мне понравилась твоя идея. Я почему-то опрометчиво подумала, что ты решил жить как все обычные люди,  в городе, а мне как юристу и приятной особе  детей доверят охотнее, чем взрослому мужчине. Но лишь спустя месяцы я понимаю, что план у тебя был другой. Не сержусь. Искренне надеюсь, что ты не попал в беду, а пытаешься начать новую жизнь. А еще я вожу с собой книгу. Руки не дошли почитать, сам знаешь, работа юриста не оставляет выбора, но я держусь. Игрушки дома на полке. Органичны.

В Лондоне скучать некогда. Я не хнычу, не ною. Практически с утра до ночи пропадаю на работе. Наверное, скоро посажу желудок, потому что питаюсь одним кофе и иногда печеньем. Но тоска по дому и по нашим разговорам не так сильно ощущается. Но как только я оказываюсь в своей комнате у родителей, которую мы делали вместе, тем сильнее что-то щемит в груди. Он стал мне наставником и другом. Не смотря на нашу разницу в возрасте, он многому меня научил, особенно в те моменты, когда не делал этого целенаправленно. На могиле по-прежнему его не было. Волнуюсь. Пишу в дневнике совсем не большие заметки, хотя кому они вообще-нужны.

Сегодня купила твоей жене цветы. Знаешь, в месте, где я тебя тогда забирала, когда сломался твой пикап, есть чудесный цветочный магазин. Невероятные цветы и невероятная хозяйка, С такой любовью делает букеты. Мне кажется цветы для нее как дети. Теперь для всех случаев букеты беру только там. Не знаю, как скоро ты вернешься, и вернешься ли. Но как могу, жену и ребенка навещаю. И ношу цветы. Говорю, что от тебя.

Не ищу Малькольма с собаками. Не моего ума дело, куда он делся. Человек имеет право на свою жизнь, на свое горе. Мне кажется, в нашу последнюю встречу, мы были более чем откровенны друг с другом, я видела, насколько он одинок, и как некомфортно ему в этом состоянии. Он устал от него. И мне хочется верить, что он уже близок к тому, чтобы от него избавиться. Помню, как подписывала договор, который до сих пор не могу исполнить, помню, как держала его за руку, помогая загадать желание на Рождество, как пили шампанское, которое он принес, как я проверяла ремонт и говорила, что на один тон мы в цвете ошиблись. Несколько дней, но они правда сильно на меня повлияли. Повзрослела я, пожалуй, не в 18, как думала раньше. А в 22, и во многом благодаря Моргану.
***

Дорогой Малькольм!
Вот уж не думала, что мои письма в никуда когда-нибудь дойдут до адресата. Ну не зря значит их писала, и мне совсем не жаль с ними распрощаться. Вырываю  из тетрадки часть души и сердца, отправляю тебе. Они не мои, они создавались для тебя, поэтому хочу, чтобы прочитал. Надеюсь, ты во мне не разочарован, и я не потеряла себя, как ты и просил. По крайней мере, я очень стараюсь. Я не буду спрашивать, что произошло, надолго ли ты застрял в этом ужасном месте и заслуженно ли, но, если нужна будет помощь, дай знать. Может быть юридическая, может быть дружеская. И пиши мне. Я хочу знать как ты там, что происходит, а я буду тебе рассказывать о твоей яхте, о моих бесчисленных попытках вывезти на ней покататься детей, и красивых цветах, которые покупаю.
Мне, кстати, уже 23. Не знаю, стал ли ты там сам старше, но я тебя скоро догоню. Выйдешь на волю, и не узнаешь Аризону Хаас. Жду весточку. Я пока в Сакраменто.

Отредактировано Arizona Haas (2022-11-18 20:18:35)

+1

3

К чему-то нельзя подготовится. Будь то морально, психологически, физически - всё едино. Что-то просто случается и это переворачивает твой мир с ног на голову. Я убил человека. Я ускользнул от наказания. Я заключён в тюрьму. То малая кровь и всё же самое страшное - это ноша вместе со мной в моей голове. Я думал что поступаю правильно в рамках собственной картины мира. Я не видел себя мстителем, но надеялся что со смертью этого подонка, я спас хотя бы одну жизнь. Вправе ли был я? Пусть меня осудит бог, если он есть, с каждым днём в тюрьме я теряю веру в него.
Наше поколение пичкали этим с детства. Таскали в церковь. Посвящали в таинство обрядов. Бог есть. Мы часто ссылаемся на него в своей жизни. У него мы ищем помощи в безнадёжных ситуациях. Он испытывает и проверяет. Он всемогущ и всезнающ. Я родился в правильной высокоморальной семье, где отец чтил и нёс закон в тёмное общества из глупости и невежства. Краеугольные камни нашей семьи. Меня буквально душили этим с детства, но я не в обиде. Я верил. Я венчался в церкви. Мы с Лин были счастливы и благодаря ей, я редко бывал в церкви, но считал что живу праведно.
Всё остальное не так уж важно. Я был прав. Важна лишь моя семья и вот её не стало. Бог испытывает меня? Я избран? Для чего и зачем? Смерть близких и дорогих мне людей должна сделать меня лучше? Либо мне уже заготовлен котёл в Аду и всё это лишь должно подтолкнуть меня к уже заведомо подготовленной мне судьбе? Я могу сыпать вопросами часы, сутки и даже месяцы. Всё это бессмысленно. И когда ты убиваешь человека - единственное мерило этого поступка твоя собственная совесть. Я испытываю к себе отвращение, я заслужил своё наказание и должен быть здесь. Я правда так считал, так ведь правильно, правильно?
В первый мой день меня раздевают до гола и ставят раком, устраивают досмотр с пристрастием и я понимаю как я был не прав. Где-то там за решеткой с колючей проволкой я был юристом, когда-то давно, где-то там я был рабочим и меня ценили и уважали за мои навыки. Здесь же я был преступником. Среди охранников словно царило мнение, что невиновных сюда не попадает, а все кто попал те ещё выродки и ублюдки и иного отношения не заслуживают. Уже через неделю я жалел что оказался здесь, мне казалось, что увидев эти ужасы изнутри… моя совесть тут же пошла на попятную. Три года? Здесь? А почему три года не превратятся в таких условиях в семь лет или десять?
Я не из робкого десятка, но я чертовски напуган и я глотаю этот страх в попытке обрести смелость внутри себя. За неделю здесь я увидел столько, что хватит на всю оставшуюся жизнь. Мой сокамерник говорит – это цветочки. Верить ли ему или нет? Наверное ему плевать. Он сел сюда за мошенничество и это наверное единственная хорошая новость. Я сидел не с убийцей и не с педофилом, а всего лишь с мужиком, который попытался наебать систему, а в итоге лишь разозлил серьёзных людей. Он говорит что он тут ненадолго, но наверное я говорю точно также.
Время летит незаметно, а где-то там на воле могила Лин и Дэвида требует очередного подношения. Мне больно, что я не могу побыть там физически. Мне больно признаться могиле жены, что я сделал, и чем пожертвовал. Когда-нибудь я всё это расскажу ей лично, лицом к лицу с её надгробием. Надеюсь она простит меня, а их души обрели покой. Мой разум подводит меня и заполучив в руки телефон, за две минуты я успеваю связаться с Хаас и убедить её сделать то что мне нужно, вместо прощания выключаю телефон, и мечусь по камере, гадая исполнит ли она мою просьбу.
Становится стыдно. Я не ждал письма от Хаас, тем более здесь, и пока я был на воле, я максимально тщательно подбирал юриста, но видимо она как-то узнала и решила написать. Около двух недель я перечитывал её письмо, на груди было физически больно и в тоже время всего лишь на ноготь легче. Цветы на могиле - это для живых. Я прихожу к этой мысли постепенно, через собственную боль и ненависть к себе. Сначала я не думал писать Хаас ответ, но то что происходит здесь, мне нужно как-то бороться с этим, если я хочу сохранить в себе человека и вернуться к жизни за колючей проволокой.

Наверное запоздало, но поздравляю тебя с днём рождения Хаас. Не знаю когда до тебя дойдёт письмо, не потеряется ли и захочешь ли ты вообще его читать. Здесь время течёт иначе и каждый мой день напоминает день сурка. Мы живём по распорядку. Я бы не хотел вдаваться в подробности, наверное я заслужил это за то что сделал. Меня мучает чувство вины, но другого я и не ждал от себя… наверное это хорошо, что плохие поступки давят на моё внутреннее, учусь жить с этим.
Честно, не хотел тебе отвечать, даже сейчас я пишу письмо и делаю паузы. Обдумываю следующую строку по часу или два, иногда проходит несколько дней. На свободе я был более разговорчив, надеюсь что к тому моменту, как меня отсюда выпустят, я не забуду слова, которые знаю… Смешно, если бы не было так грустно. Хочу поблагодарить тебя за цветы на могиле, думаю им будет приятно, что я о них помню. Пускай и не могу присутствовать лично. С тобой должен был связаться мой юрист. Я не хотел бы, чтобы яхта простаивала. Мотору нужно движение. А детям впечатления. Что-то хорошее, морской бриз…
Иногда он может быть спасением, а иногда его недостаточно. Оказавшись здесь, я вспоминаю людей вроде тебя, надеюсь у тебя получится сохранить внутри себя человека, незапятнанного дерьмом этого мира, которое обязательно постарается достать тебя. Сейчас, оказавшись здесь, наверное я не в праве учить тебя. Надеюсь ты родилась под счастливой звездой и подобное обойдет тебя стороной. Иногда я представляю свою яхту перед сном, рисую в воображении море и волны, представляю детей из приюта. Я всего месяц здесь, наверное слишком рано мечтать о том, чем я займусь когда выйду, но заняться тут особо нечем. всё же решил оставить тему на следующий раз.
Если вдруг у тебя найдётся время, буду рад если напишешь снова, поддерживать связь с внешним миром - задача не из простых. Думаю мне нужно пережить парочку месяцев чтобы стало проще, я надеюсь что станет проще. от Малькольма Моргана… Аризоне Хаас

+1

4

Я уже несколько месяцев в Лондоне. Несколько месяцев, как отправила Малькольму письмо. Не знаю, получил ли он мое, прочитал ли, ответил. Свой дневник больше не веду. Мне кажется, в моей жизни не происходит ровным счетом ничего. Все что я хотела, я ему написала в прошлом письме. У меня всего три дня выходных, но мысль о том, что он мог ответить, буквально заставляла покупать билет на самолет и лететь в Сакраменто на полтора дня. Сердце стучало. Я переживала. У меня было стойкое ощущение, что он ответил. Не важно что, но мне кажется, ему важно поддерживать связь с внешним миром. Если письма нет. Что ж, это его выбор. Я просто хотела быть рядом и протянуть руку помощи. Я не уверена, что после его затворничества у него вообще остались друзья. А уж за решеткой и те наверняка не балуют своими посещениями и звонками.
Рейс через час. Нервничаю еще сильнее. Причем если раньше я переживала из-за полетов, то теперь из-за того, что пролетаю зря. А ведь мне лететь обратно через два дня. С моей-то любовью к самолетам… Весь полет я продолжила переживать. Отказалась от еды, от вина, и даже ни разу не встала со своего кресла. Просто хочу знать, есть ли это чертово письмо или нет…
Дорога от аэропорта прошла как в тумане. Я даже не сразу обратила внимание, что родители находятся в очередном путешествии. Да и ладно. Я не к ним. Первым делом проверила почтовый ящик, выгребла из него кучу газет, счетов, писем. Ну же, есть там что для меня или нет. Отнесла на кухню и скинула все на стол, начиная хаотично перебирать. Нашла! Лежит и ждет меня уже месяц. Он ответил. Ответил…
Все остальное так и оставляю на столе, с остальным несусь к себе в комнату. Прямо в обуви запрыгиваю на кровать, терзаю конверт и достаю письмо.
У него красивый почерк. Красивее чем мой. Вижу, что письмо небольшое, но это и не важно. Сердце застучало, отстукивая ритм. То ли похоронный, то ли победный.  Читаю не моргая. Взахлеб. Перехватывает дыхание, а по коже бегут мурашки. Каждой слово. Отчетливо представляю, как он говорит их вживую в собственной манере. Я видела его разным. Видела его надрыв. Видела его силу. И чувствую, в каком состоянии он пишет сейчас. Только держись, Малькольм, пожалуйста. Ради жены и ребенка.
Реву в три ручья и сразу сажусь за ответ. Не могу ждать, да и времени не так много, нужно успеть отправить до отлета.

Дорогой Малькольм!
Спасибо, что ответил, спасибо, что делишься. И спасибо за поздравления.
Юрист связывался, но я в Сакраменто вернусь только через месяц на достаточно длительное время,  смогу заняться твоей яхтой и очередными попытками покатать на ней детей. Но будь спокоен, я зрительно ее проверяю. Она в порядке. Точно такая же, как в день твоего отъезда. Не хочу писать тебе грустных и проникновенных вещей, да и не умею. Думаю, ты и сам себя там наизнанку выворачиваешь. Не нужно. Пожалуйста. Ты очень хороший человек. Какое бы дерьмо не происходило в твоей жизни, в тебе остается свет. Я искренне надеюсь, что за то время, пока ты там, он не исчезнет. Держись. Узнай, можно ли тебе получать книги. Если да, я тебе буду их отправлять. Это на случай, если начнешь забывать речь. Ты юрист, тебе нужно держать себя в форме.

Делаю в письме паузу. Не хочу говорить о том, что будет, когда он выйдет на свободу. Может его освободят по УДО, может продлят, может установят административный надзор, а может он заболеет гепатитом или туберкулезом. Слава богу, я цивилист и очень далека от уголовщины. Наслышана как и все о том, что происходит в тюрьмах. Но искренне верю, что Морган достаточно силен, что пройти это с достоинством и не сломать свой внутренний стержень. Не так. Я знаю.

Я могла бы оставить Лондонский адрес, но удобнее, если ты будешь писать по одному, чтобы письма и я в них не потерялись. Если захочешь однажды, чтобы я тебя навестила, дай знать. Я не хочу навязываться и понимаю, что ты не в санатории. Возможно, не захочешь портить образ моего наставника и учителя. Не волнуйся об этом. Этого не произойдет. Помни, ты не один. В этом мире еще остались люди, которые ждут твоего возвращения. Например Аманда… и я… Рассчитываю, что мой учитель вернется и я смогу ему доказать, что не все люди меняются. Что я все такая же.
И к слову, пишу тебе из своей комнаты. Потолки и обои еще держатся. Ты - молодец.
Жду вестей. В следующем письме расскажу тебе о весне. Зиму не люблю, даже писать о ней ничего не хочется. Не пропадай, пожалуйста.
Малькольму от Аризоны.

Старалась быть максимально позитивной в тексте письма, хотя мокрые разводы на буквах скажут мужчине обратное. Не время распускать нюни. Хочу, чтобы он улыбнулся, покачал головой и сказал что-то в своей манере про девочку Хаас. Запаковала письмо в конверт и проплакала несколько часов…

+1

5

Время тянется надоедливо медленно, хочется листать календарь целыми месяцами, но за одним днём проходит следующий и эти двадцать четыре часа кажутся целой вечностью – здесь в тюрьме. Каждый борется с этим особенным чувством по своему но в одиночку здесь не выжить. У стай свои законы и редко кто держится особняком, разве что последние психи с дурной славой. Таких избегают все, но всегда настороже, словно волки ожидают ошибки и готовы набросится, чтобы разорвать и прикончить. Моя история не делает меня психом и не отдаёт опасностью. Наезд в пьяном виде.
Некоторые увидели во мне жертву и это стало началом череды ситуаций, о которых мне хотелось бы забыть. Я жду письма от Аризоны словно прививку из другой реальности. И когда оно всё же приходит – радуюсь как подарку на рождество. Внимательно его изучаю и замечаю разводы, как будто бы от клякс. Догадываюсь что это. И на несколько часов откладываю чтение письма. Мне нужно переварить эту мысль, но первой мыслью в моей голове – закончить общение. Ей больно, чтобы она там не писала в письме.
После смерти жены и сына я не хочу причинять кому-то боль, здесь в тюрьме её и так более чем достаточно и я даже не уверен что эти люди заслужили страдать. Будь я охранником, возможно считал бы иначе. Однако оказавшись по иную сторону баррикад я вижу таких же людей как и я сам. Да, некоторые из них те ещё мрази, шестерки банд, членды банд, нацисты и расисты, люди выросшие по понятиям криминальной среды, другие же наркоманы и жертвы обстоятельств, но если задуматься в их поступках есть доля логики. Всех нас можно назвать преступниками и заключенными, но это не более чем слово описывающее место или причину почему мы здесь.
Ближе к отбою открываю письмо и всё же начинаю читать, Хаас остается верна себе или хотя бы старается, ей всё же удается вызвать улыбку своей простотой. Я опускаюсь с кровати и сажусь к небольшому столику, достаю лист бумаги и шариковую ручку, позволяю своему порыву вести себя ибо мне сразу же хочется написать ответ. Тем и занимаюсь, начиная с первого что бросилось в глаза. Так о чем я?

Спасибо за ответ Хаас. Приятно знать, что там на воле о тебе кто-то помнит. Яхта чем-то похоже на человека. Внешний вид не всегда показатель того, что дела и правда в порядке. Считай это очередная лекция от меня. Я оставил её тебе только потому что она должна быть на ходу. Хотя бы раз в неделю. Конечно я и сам использовал её как бунгало, но у этого дома на озере есть вполне себе рабочий и мощный мотор. Даже самая маленькая техника не любит простоев, что уж говорить о яхте, чем чаще она будет рассекать волны, тем спокойнее я буду… здесь.

Думаю если в книге не будет отмычек, напильника или бомбы, мне вполне позволят её оставить у себя. Пока что в моём книжном клубе нет ни одной, а если их станет больше… Что ж тогда я постараюсь что-то придумать. Я не пытаюсь найти проблем.

Однако они сами успешно находят меня. Писать об этом в письме не хочется. Да и ни к чему Хаас знать о моих проблемах. Одни шестерки здесь сидят, а другие на них работают. Не так много времени нужно, чтобы понять что тюрьма - это как муравейник и люди которые несут здесь службу, такие же люди как и все остальные, они тоже хотят подзаработать и удовлетворить собственное эго. Пускай и не все, но некоторые находятся на оплате у различных заключенных. Говорить об этом вслух не принято и могут быть последствия. Писем это наверное тоже касается. Стоит написать что-то не то и это захотят использовать против тебя.
Стараюсь не выделяться. И быть как и все. Конечно у меня мало общего с членами банд и прочими колоритными личностями что здесь сидят и это наверняка бросается в глаза. Пока что ко мне присматриваются. Думаю ещё месяц и удастся найти работу. Здесь с этим не так просто как мне казалось. На каждое место конкурс похлеще чем в Оксфорд. И я даже не шучу, как бы смешно не казалось это там в городе. Я бы хотел рассказать тебе что-нибудь сам, но здесь если и случаются какие-то истории, их сложно назвать смешными. Поэтому буду ждать рассказов от тебя.

Без работы время ползёт чертовски медленное - единственное что помогает отвлечься это прогулки на свежем воздухе и занятия на тренажерах. Где ещё заниматься спортом если не в тюрьме? Здесь это единственное что может отвлечь от тяжёлых мыслей, доступное каждому желающему. Есть кружок верующих, но мне физически тошно оказаться среди этих людей обращающихся к богу. Однако проблема далеко не в людях, просто после того что случилось, я всё ещё не уверен, а есть ли он, язык не поворачивается назвать свою судьбу чередой испытаний. Я бы с радостью отдал жизнь за своих близких.

Не хотелось бы заканчивать письмо на подобной ноте, однако чувствую как в голове заканчиваются мысли. Надеюсь ты прислушаешься к моим словам и будешь проверять яхту не только зрительно *улыбаюсь* мой юрист должен был передать тебе деньги со счета, на яхту, топливо и прочие подобные расходы. Он обещал мне найти людей, которые смыслят что-то в морском ремесле, если вдруг тебе понадобится капитан или другой взрослый мужчина способный выяснить, что сломалось на моей крошке, но хотелось бы верить что года два она точно протянет без вмешательства.

Расскажи мне о книгах из своего детства, что ты читала что тебе нравилось. Наверное сейчас эта информация кажется тебе не существенной, но мне кажется именно эти истории и формируют нас в детстве, что хорошо а что плохо, любимые герои и прочее подобное. Мир меняется и редкий родитель может найти время почитать ребенку что-нибудь перед сном, да и наверное сейчас детям это не интересно и не нужно, но иногда хочется верить хотя бы в сказку. Ведь окружающий нас мир жесток. Нам навязывают мечту общую на всех, мечту которую можно достичь, только если упорно работать на работе. Где счастье можно купить за несколько сотен хрустящих банкнот.

+1

6

Не знаю зачем, но решила написать тебе и с Лондонского адреса. Работы здесь все больше, есть вероятность, что тут я смогу тебе писать чаще. Как ты понял по вчерашнему письму, не так часто теперь бываю в Сакраменто. Мне нравится Великобритания. Здесь уютнее, спокойнее. Люди добрее. Единственное, к чему я не могу привыкнуть, это климат. Я тепличная. Люблю тепло. Мне сложно выживать в таких холодных условиях. Как бы я ни оделась, я всегда замерзаю. А еще здесь очень вкусные булочки с корицей, В Америке не такие. Поскольку письмо вдогонку к прошлому, то оно будет короткое и не очень содержательное.
15.04.2022 Хаас

Писала письмо в самолете, пока летела. То ли не хотела прощаться с Сакраменто, то ли боялась, что правда не скоро туда вернусь. Мне в очередной раз крайне сложно понять, что испытывает мужчина и о чем говорит. Я смотрела фильмы, много разговаривала с людьми, вышедшими на свободу. Но не испытав чего-то на своей шкуре, едва ли можно в полной мере ощутить ту горечь, с которой мне пишет Малькольм. Он хороший. Он добрый. Он честный и порядочный. Такие редко оказываются за решеткой. Даже если убрать ту анархию, о которой говорят, я не представляю, как он справляется с той атмосферой, в которой он там живет. Если бы я узнала раньше. Если бы я узнала еще при следствии, наверняка мы бы смогли чем-нибудь помочь. Теперь все что я могу, писать обезличенные письма, в надежде, что они хоть немного помогут.
Дни сменяли друг друга. Мне кажется, если раньше девяносто процентов моих мыслей занимала работа, то теперь я стабильно думала о том, как там Морган, получил ли он мое письмо, по какому адресу напишет ответ и напишет ли. Знакомы на работе даже подшучивали, что я влюбилась. Глупость. Я просто человек, который хочет поддержать другого человека, потому что так правильно. Так должно быть. Потому что хочу и могу.
В один из дней получило письмо. Наревелась пока читала, поэтому дала себе установку, не делать этого тогда, когда буду писать. Мне показалось, или чуть изменился почерк. Может редко там пишет, а может моральное состояние становится хуже. Сердце болезненно сжалось. Я бы многое пожертвовала, чтобы избавить его от всех мучений, которые доводится там испытывать. Я не понимаю, почему он там оказался. Так не должно быть. Это несправедливо. За что жизнь подкидывает им такие испытания? Потому что они переживут и выживут? Потому что они не ответят и просто молча будут их выносить? Кто там играет в русскую рулетку. Почему одним можно все, и им за это ничего не бывает, а другие страдают самыми изощренными способами. Пишу ответ сразу. Ну как сразу. Как только успокаиваюсь и как только нахожу свою любимую детскую книжку. «Маленький принц» Детская, но о вечном и важном. Собираюсь отправить ему ее. Подписываю, как он мне когда-то. Я была не готова к отправке книг, в следующий раз спрошу, что любит и куплю по списку, сейчас придется почитать такое.

Привет, рада что ты ответил. Я начну с конца, поэтому сразу небольшое пояснение. Книга моя, и я отправляю ее тебе. Заранее извиняюсь, я в Лондоне и тут совсем небольшая коллекция чтива. Но в ней ответ на твой вопрос, что читала и что любила читать в детстве. Мне кажется, знаю ее наизусть.
Наверняка, если ты ее и читал, то это было давно.
Держись там. Мне эта книга помогала в самые разные периоды моей жизни, заставляя вспоминать о действительно важном. Какой бы Армагеддон не происходил вокруг, какие бы мосты не горели под ногами, есть три кита, ради которых стоит жить и бороться. Вот я хочу, чтобы ты всегда помнил об этом. Даже в минуты страшного отчаяния не забывал. Ты сильный. Ты очень сильный. Даже не представляешь насколько. Я в тебя верю, и ты верь.
Ну а теперь к обыденному. Юрист деньги с твоего счета перевел на мой, но я их не трачу и не буду. Во-первых, я крайне аккуратна и надеюсь ничего на яхте в период моего правления не полетит. Во-вторых, я думаю папин мустанг топлива жрет больше. Правда. Я поняла, я что-нибудь придумаю. Твоя красотка будет на ходу. Ни единой царапины не оставлю. Ухажёров туда водить не буду. С детьми, как и писала, пока проблема, но тех, кто старше 14 горазды отпускать. Так что через неделю я буду в Америке, опробуем твою малышку. Даже я на ней ни разу не каталась.
Завела блокнот, кстати. Все что помнила из ценного, записала. Сегодняшний урок тоже запишу. Кто еще меня научит житейским мудростям, если не Малькольм Морган?
П.С. Жду, когда ты будешь хвастаться кубиками на животе, коль ты теперь на спорте. Ну и поделись впечатлениями о книге. Заодно интересно услышать твое мнение и диагноз относительно того, что любила и читала в детстве.
08. 05.22 Хаас

+1

7

Как я и говорил, я не искал неприятностей, но они нашли меня сами. Письмо Хаас я получил в середине мая, а ответ смог написать лишь к концу месяца. Часто перечитывал его находясь в медблоке, повесть о маленьком принце, тоже была как нельзя кстати. Думаю эта повесть знакома каждому ребёнку из моего времени. Я читал её даже Дэвиду, читать о добром куда проще со страниц книги. Подозреваю Экзюпери не был в тюрьме. Задумался о том что есть – писательство? Так ли это легко как кажется, любой ли может им стать?
О чём бы написал я сам? Найти сюжет для истории куда сложнее, но в мире где всё максимально упрощают, едва ли я захотел бы делится собственной историей, да и вряд ли в ней есть что-то поучительное для будущих поколений. Лучше бы продолжал работать. Так наверное подумали бы выходцы из нового поколения. Жена это ведь не навсегда… Для них это наверное и правда так. А я лежу на кровати и перечитываю приключения маленького принца, его воспоминания о Розе и о его встрече с Лисом. Это история о добром и вечном.
Кажется на правом боку останется шрам от ножа. Я не знаю чем я думал и стоит ли об этом кому-то рассказывать. Пытался помочь, а сейчас уже и не уверен, выйду ли я вообще из тюрьмы живым. Добрые поступки дорогого стоят и я до последнего тяну время, чтобы оставаться здесь как можно больше, но терпение местного врача нельзя назвать бесконечным. Как бы он не хотел мне помочь, а у него тоже есть начальство. Так что к концу месяца я взялся за ручку и лист бумаги. Пишу это письмо на той самой книге, которую мне отправила Хаас. Мысли как обычно не идут в голову, наверное по той простой причине что я редко лгал.
Не то чтобы мне хотелось лгать Хаас, просто мне кажется что ей есть о чём думать и помимо меня. У неё впереди карьера и она наверняка станет одной из лучших юристов в крупной фирме, а может быть когда-нибудь откроет свою. А я … живой мертвец. Меня полоснули, когда я не ушёл из туалета. И не будь там меня, наверное в нашем тюремном блоке стало бы ещё на один труп больше. Наверняка у чёрных теперь на меня зуб и они обязательно вернут должок, как только смогут до меня дотянуться. Это заставляет меня искать альтернативы, даже если сердцем я хочу быть подальше от конфликтов в тюрьме. Меня особо не спрашивают.

Май чудесен. И в Англии, и здесь в Сакраменто, я не знаю где найдёт тебя моё письмо, но держу тебя в курсе, я всё ещё жив и по прежнему Малькольм Морган. Месяц выдался достаточно насыщенным, надеюсь ты не обидишься, что я затянул с ответом. Часто перечитывал Маленького принца - это хорошая история и Дэвиду она нравилась тоже. Как мне кажется нынешнее поколение детей всё чаще сидит в гаджетах. Они познают мир через краткие содержания и краткие пересказы. Они впитывают смысл, но живут без эмоций. Кажется следующее поколение детей будет больше похоже на дроидов. Люди которые не чувствуют. Что ты думаешь на этот счёт?

Мне вспоминается один старый фильм, где чувства были под запретом и люди которые испытывали чувства были жертвами. За ними охотились и их убивали. У фильма заковыристое название, но сейчас будучи здесь, я не могу назвать фильм фантастикой. Наверное как и различные выдумки в своё время, то что когда-то было выдумкой сейчас становится нашей реальностью. И этот самый фильм также имеет шансы стать реальностью. Как-то раз моя молодая коллега читала роман, отчего-то я запомнил его название Делириум. Мир будущего в котором любовь признана болезнью и путём Процедуры, любовь убивают словно вирус.

Видимо я слишком много говорю о книгах, надеюсь ты простишь мне и этот страшный грех. Я бы рассказал тебе что-нибудь из своей жизни здесь, но тут царят строгие порядки пробуждение и отбой в определенное время. Люди отбывают свой срок за самые разные преступления. Существуют банды, как и в мире за стеной, хочется верить что ты никогда не познакомишься с этой частью Сакраменто, что касается тюрьмы я часто вижу собрания белых и цветных. Люди держаться своей расы и быть может это правильно, но подобное наверняка кажется тебе дикостью.

Впрочем, не хотел бы заострять на этом твоё внимание, буду рад послушать о детях из приюта. Быть может у тебя получится сделать фото в одну из поездок на яхте. И не мог не отметить – это очень мило, что ты не будешь водить на мою яхту своих ухажёров. Счёт был создан специально на подобный случай, я бы не хотел доставлять тебе неудобств и затрат на сохранение работоспособности моей яхты. Что касается маленького принца, думаю одной хорошей книги будет недостаточно, чтобы составить твой литературный профиль. Так что мы можем продолжить эту тему, признаться честно, ты разбудила во мне любопытство кем же была Аризона Хаас в детстве.

Заканчиваю письмо и ещё раз перечитываю свежим взглядом. Не знаю что можно добавить и стоит ли. Может стоило бы предупредить, что это письмо может быть последним, но пока я не спешу ставить на себе крест. Хотя вариант с одиночкой… в карцер. Это на какое-то время спасёт мой зад, но я потеряю возможность писать письма. И отвечать на них. Я не настолько рисковый парень и единственное что мне помогает сейчас держаться меня старого эти письма и связь с Хаас. Если бы не она, я не знаю чтобы я делал. Думаю о отце и о матери. Однако эти мысли линейны и вертятся вокруг всё хорошо. Это достаточно иронично.
Запечатываю письмо, в итоге решив что добавить мне нечего. Доктор обещал забрать его с собой завтра и отправить по указанному адресу максимально быстро. Для меня этого уже более чем достаточно. Ложусь спать и достаточно быстро засыпаю. На следующий день меня возвращают в камеру и я узнаю что у меня поменялся сосед. Новый сокамерник представляется Карандашом. Я не знаю что озадачило меня больше. Его прозвище или же обилие татуировок на теле. Карандаш же оказался здесь не спроста и его послал мужик, которого я спас. Прозвище у него не менее звучное – Ракета. И сам Карандаш и Ракета являются частью Братства и у них зуб на чёрных, а у чёрных зуб на белых, а теперь и на меня лично. Меня обещают ввести курс в курс дела, но прежде надо перетереть с Ракетой. Я молча киваю, понимая что свой выбор я сделал, в тот самый момент когда не убрался из туалета вовремя. Жалею ли я? Не знаю.

+1

8

Вообще-то, я жду твоего возвращения, чтобы вернуть тебе яхту. Поэтому твои шутки о том, что ты все еще жив, не принимаются. Я сейчас пишу тебе письмо, угадай откуда? Правильно. С твоей красотки! Мне удалось взять с собой пять детей. Увы, остальные не подходили по возрасту, и мы катаемся на яхте по озеру. Небольшие волны, дети визжат. Я бы записала видео, но его боюсь не передадут. Решат еще, что там во флешке отмычка или секретный план побега. Поэтому у меня есть полароид и в приложении к письму будет несколько фото. Ну я на это надеюсь. Яхта в порядке. Двигатель тоже. Бензина полный бак. За рулем не блондинка, у нас тут специально-обученный капитан.
На счет книг. Искренне рада, что ты не посмеялся над тем, что я тебе прислала и что оценил то, что я читала в детстве. Люблю Принца. Даже будучи взрослой, частенько ее перечитываю. Всегда нахожу что-то новое, видимо по мере моего развития.
Чтобы хватило на несколько лет, не буду в этом письме перечислять все, что читала и любила в детстве. Буду выкладывать по одной. Маленький принц- классика, которую читают во всем мире. А у меня еще была такая, которую в Америке мало кто знает. У нас вообще не принято читать никого, кроме своих или Европейских авторов. Мне досталась в подарок от подруги в 10 класса «Мастер и Маргарита». Булгаков. Я не понимаю, почему у нас нет ее в обязательной программе в школах или институтах, но мне кажется, людям не помешало бы такое почитать. Как понимаешь. Отправляю ее тебе. В детстве я любила мистику и мне безумно хотелось быть похожей на главную героиню. А для тебя, надеюсь, поможет не потерять веру. Не знаю в кого и что ты сейчас там веришь, но что бы это ни было, продолжай.

От письма отвлекли брызги, которые попали и на него, и на меня. Дети конечно же решили искупаться, а мне смотри в оба и переживай, чтобы никто не утонул. Мы были достаточно далеко от берега, но судно стояло. Видимо, чтобы все любовались пейзажами и могли позагорать. Я, увлекшись письмом, даже это пропустила. Зачем быть в настоящей реальности, если я полностью погружена в Моргана и его будни. Но дети – не игрушки. Я взяла за них ответственность. Пришлось оторваться от своего занятия и подойти к борту, чтобы за всеми наблюдать и в случае чего, забить тревогу. Они так радовались. Словно никогда в жизни ничего подобного не видели. В груди снова защемило. Они ведь и правда никогда не катались на яхте. Наверняка не плавали в озере.  Дай бог их выводили в бассейн. По крайней мере, если, когда заплывы и устраивались, то скорее всего в жизни до приюта.
А еще яхта казалась другой. Аура. Не то чтобы у Малькольма она была какая-то не такая. Но помня ту ситуацию, при которой я здесь оказалась прошлым летом, положительных впечатлений особо в ту ночь не испытала. Да и темно было. Бесконечные шутки про убийства, маньяков. Мужчина – совершенно посторонний и чужой человек, не то, что сейчас. Собственно, а что сейчас. Сама себе пожала плечами. Не знаю. Наверное, он правда стал мне старшим другом. Мне жаль, что его больше нет рядом. Хоть наша вторая встреча и была случайна, но она открыла во многом глаза на него, на жизнь. А наше Рождество я никогда не забуду. Даже если захочу. И костюм Санта Клауса. Если бы не близкое расположение дома с соседями, я бы смеялась тогда точно очень долго и очень громко.   Сделала несколько фотографий девочек, прыгающих прямо с кормы в воду. Ну и себя на фоне яхты. С улыбкой. Чуть прикрыв лоб от палящего солнца.  Фотографии достаточно быстро проявились, и я аккуратно упаковала их в конверт. Как только дети вылезли сушиться и пить лимонад, я продолжила писать свое письмо.

Надеюсь, ты ее быстро прочитаешь, и мы с тобой ее обсудим. От чего-то кажется, что она тебе понравится. Только чур не говори, что там есть много романтики, поэтому она мне так полюбилась. Отнюдь!
А еще расскажи мне, как ты себя чувствуешь. Отрастил ли длинные волосы или тебя побрили машинкой. Как проходят твои дни. Много ли набрал в весе. Сколько спорта у тебя в день? Неуместный вопрос, но наверняка там есть люди, не такие плохие, как мы привыкли о них думать. Не нашел себе родственную душу, с которой можно поговорить или помолчать? Я знаю, одному там тяжело. Тяжело, когда не с кем поговорить. Тяжело, когда вокруг одни враги, а я понимаю, что ты все еще не на курорте. В четырёх стенах, день сурка. Правда, все понимаю. Но я стараюсь тебе исправно писать, так или иначе привносить разнообразие в твои будни, хоть и не ежедневно. Держись там. Помни, что я с тобой и мысленно держу тебя за руку. Я чувствую, что ты все еще мой Малькольм Морган. Наставник и учитель!  Так держать!

С каждым письмом все труднее держать лицо и улыбку. Я буквально чувствую по почерку, как ему там тяжело. Как он вроде бы делиться своими чувствами и эмоциями, но старается не перегрузить меня, чтобы не волновалась. Но я стараюсь посылать ему немного своего беззаботности, которым любовно пропитываю каждое письмо.
Только держись.   
И пиши мне.
Запаковала все в конверт, и как только причалили, первым делом отправила письмо. Только после этого, отвезла детей, по дороге рассказав им, что наше путешествие произошло благодаря мужчине, который со мной приезжал пять месяцев назад и приносил им огромные коробки. К следующему визиту, если хотят, могут передать свои приветы или открытки, а я обязательно ему отправлю, ведь он в дальнем путешествии…

+1

9

Говорят нужно быть осторожнее с собственными желаниями. Едва ли я ожидал такой реакции от себя же, когда открыл письмо и вынул из конверта фото детей и Хаас. Тоска. Печаль. Боль. Мне стало как-то не по себе от нескольких фото. Дело в детях или в месте где я? Вспомнил Дэвида и его лицо так отчетливо, что мне казалось он вот-вот постучится в дверь и войдёт в комнату. Я плакал в тишине, гасил собственный крик рукой, в то время как меня разрывала боль. Я снова и снова возвращался в тот самый момент, когда потерял всё самое важное в своей жизни. От фото отдавало жизнью, от каждого из них.
Я рассматривал чужих детей, которые были выброшены на обочину жизни. В них было столько жизни и может быть я буду лицемером, но мне кажется что это яхта и Хаас встряхнули и зарядили их позитивом. А я гнию здесь и мне ещё прилично времени проводить в стенах тюрьмы, потому что где-то в глубине души, монстр внутри меня ликовал, ведь он совершил месть. Все фибры моей души старались не думать об этом, я искал иные слова и объяснял свой поступок себе же более светлыми и правильными словами, но в глубине души тьма влияла на мою душу по своему. Я мог бы быть там, там!
В какой-то момент, слёзы начали высыхать и я вернулся к чтению письма, прочел его до последней точки. И вернулся к фото, нашёл среди них фото Хаас. Почему-то хотелось плакать, даже смотря на неё, выглядела беззаботной, выглядела счастливой. Даже будучи здесь, мне казалось я влияю на её, может быть даже в лучшую сторону. Меня пугает день, когда я не смогу писать или отвечать на письма. Однако чем больше я вникаю в дела банды, тем больше понимаю, что у всегда есть своя структура. Нельзя разбить кому-то лицо и считать что на этом всё – жизнь удалась. В банде это так не работает, за одной проверкой будет следовать другая, чем больше к тебе лояльны, тем больше от тебя будут требовать. Чем выше ты забираешься, тем более жирная мишень над твоей головой.
В тюрьме очень быстро можно заработать увеличение срока и это было вовсе не то, что я хотел. Не хотел здесь гнить, не хотел видеть мир через решетку на улице. Я мог больше, но для этого нужно было отточить ум и терпение. Не попадаться на крючок не к воротилам преступного мира, не к хитрым и скользким представителям закона. Все повязаны и тянут одеяло в разные стороны, только вот часто этим самым одеялом выступает кто-то из людей, так похожих на меня. Вечный круг. Каждый имеет другого с получением выгоды для себя. Кому-то нужны наркотики, кому-то нужна трубка, кому-то нужно чтобы ты втёрся в доверие и доложил.
Я постоянно задаюсь вопросами, а что дальше? У меня нет ответа, как не было его и на воле, я потерян и я знаю об этом. Однако проще всего поставить крест на себе, другое дело когда это касается близких тебе людей. Хаас одна из таких. Те самые люди, которые сейчас выступают мне друзьями, могут с лёгкостью угрожать моим близким. А если я продолжу общение с Хаас, она станет такой, даже если я буду доказывать обратное. Я отдаляю её фото и рассматриваю её как будто издали. У них с Лин ничего общего. Да и Лин не была роковой красоткой или ледяной стервой, самая обычная, так могло показаться на первый взгляд. Свет.
Это сложно объяснить словами. Он был в ней. И мне было этого достаточно. Такой мягкий и успокаивающий, такой родной, её слова были самыми правильными. Она всегда знала что сказать. Мне или Дэвиду, клиенту или обычному выскачку. Нельзя было её назвать прекрасным оратором, но иногда даже мне казалось что она не из мира сего. Хаас скорее была забавной, каждое её предложение словно специально напрашивалось на шутку. Учитель и ученица. Мне казалось у неё был потенциал. Стать лучше во всех смыслах. Ей просто нужен был образец, тот кто покажет что мир не прогнил до конца. Образец из тюрьмы.
Человек шутка. Тяжёлый вздох и не менее мрачный сон. Спал плохо. День прошёл также. С нетерпением ждал когда же нас запрут по камерам, чтобы сесть за ответ Хаас. Достал её письмо и начал перечитывать, выискивая за что зацепится и что рассказать нового и поучительного. Если бы это было так просто, как мне хотелось.

Спасибо за фото детей на яхте. Ну и за себя также, получилась на мой взгляд отлично. Я испытал массу чувств и наверняка буду смотреть на эти фото далеко не один месяц, смотря на детей и тебя, мне кажется что у меня есть будущее за пределами тюрьмы, что я могу делать людей счастливыми. Наверное этому не учат в школе, быть счастливым, а меж тем это важно, я желаю тебе того же, как своей ученице, быть счастливой. Найти своё счастье, вопреки броскам судьбы в разные стороны. Жизнь – сложная штука, но ты всегда должна держаться верного курса, пусть сердце подскажет правильный путь.
Я получил книгу, буду читать её по вечерам, как и многие другие, наверное я слышал о ней, но до чтения так и не дошёл. Насколько я понимаю – это русский автор. Цензура и особый ореол вокруг русских сделали своё дело. Я постараюсь отыскать, что же ты такого нашла в этой книге. Когда-нибудь мы к ней вернёмся, надеюсь через месяц-другой. Чувствую себя по разному, иногда я забываю что я в тюрьме, иногда просыпаюсь с мыслью что заперт здесь. Вождение в трезвом виде - это глупо. Это я тебе тоже как твой наставник пишу. Три года того не стоят. Однако я сожалею о своём поступке… человек сожалений.
Каждое моё утро начинается в шесть утра с зарядки. Три раза в неделю нас выпускают на час на свежий воздух. Качаю железо. Кажется впервые в жизни привожу себя в форму изнурительными тренировками. Здесь это полезно и помогает отвлечься также как и твои письма. Моя стрижка за эти несколько месяцев мало чем отличается от того вида, каким я был раньше на твоей памяти. Разве что щетины стало больше. Стараюсь следить за собой. Тяжело найти хорошие уши в тюрьме, а уши которые не будут болтать ещё сложнее. Нужно тщательно выбирать человека, которому стоит довериться, а любопытных до твоей личной жизни, здесь примерно столько же, чем у тебя в офисе, если не больше…
'Cause it's a bittersweet symphony, that's life Tryna make ends meet, you're a slave to money then you die I'll take you down the only road I've ever been down You know the one that takes you to the places where all the veins meet, yeah No change, I can change I can change, I can change But I'm here in my mold I am here in my mold But I'm a million different people From one day to the next I can't change my mold No, no, no, no, no… мне нравится эта песня, настолько что её врезались в мой мозг, как понимаешь твоя очередь делиться. Твой Малькольм Морган.

+1

10

   Все течет. Все меняется. Очередной месяц в ожидании письма и написании ответа. Я держусь. Я стараюсь держаться. Я не могу сказать, что в моей жизни происходит множество событий, но меня очень гнетёт вся эта ситуация. Это неправильно. Я хочу помочь, хочу вызволить, хочу навестить. Ему тридцать с хвостиком, а мало того он сам себя похоронил заживо, так теперь буквально гниет в тюрьме. Он не заслужил. Я знаю. Он не заслужил. Он не серийный маньяк. Он оступился. Такое с каждым может случиться. У каждого есть свой предел. Для Моргана он наступил в тот день. Но я уверена, что он жалеет. Уверена, что будь возможность исправить, он бы не пил и не садился за руль. Он сейчас на месте того самого человека, который застрелил его жену и сыну. Он сам себя наказал. Никакая тюрьма не исправит заключенного и не накажет больше, чем он сам себя.
Читаю очередное письмо Малькольма. Почерк стал острее. Буквы более хаотичны. Ему очень тяжело. Но он все еще держится. Читаю и держу правую руку у себя на груди в районе сердца.  Щемит.

А мы с тобой ведь рассуждали о счастье. Помнишь? Я все еще думаю, что оно у каждого свое. Просто не все его умеют ценить. Обычно бывает поздно, и оно ускользает как песок сквозь пальцы. Я честно, стараюсь радоваться каждому дню. Проснулась, жива, ничего не болит – хорошо. Поплавала с детьми на твоей яхте, посмотрела на их искренние улыбки, это ли не счастье. К слову, о том, как они были рады и благодарны тебе. Конверт пухленький. Они нарисовали тебе открытки и письма. Все помнят, как ты приносил им мои коробки. Все благодарны за тот праздник, который мне удалось им организовать благодаря тебе. Это ли не счастье? Ты видишь их улыбки на фотографиях. А теперь еще можешь потрогать через их подарки. Только давай там, не реви! Они хотели тебя улыбнуть. Само собой не переживай, никто не знает где ты. Для них ты в далеком путешествии, из которого обязательно вернешься и покатаешь их уже сам. Ведь покатаешь?
И можешь передо мной не строить из себя героя. Я знаю, что тебе там тяжело и понимаю, что вождение в пьяном виде не стоит того, чтобы сейчас быть на твоем месте. Искренне верю, что для тебя это будет уроком. Но знаешь, как говорят, клин клином вышибает. Я не говорю, что тюрьма эта панацея… Но быть может. Может она даст тебе какой-то толчок выбраться из той тьмы, в которой ты оказался после смерти близких. Опять же, мне сложно рассуждать. Но я видела, что каждый твой день был наполнен сплошной бессмыслицей. Ты не знал, зачем просыпаешься и к чему идешь. По крайней мере на ближайшие  два с половиной года, ты знаешь ради чего живешь. Чтобы выйти и не вляпаться в тюремную историю. Я никуда не денусь. Я все еще твой друг. И когда все закончится, помогу вернуться в реальный мир. А то наверняка тут будет столько изменений, потеряешься.
Книгу прочитал? Как тебе.
И ты хитрец! Заставляешь меня работать мозгами и анализировать свой плей-лист. Я скучная, нудная молодежь. Все мои подруги надо мной смеются, потому что я не слушаю то, что слушают современные девушки.
Допустим вот строки:
Can't go with the flow, got to make waves,
Even though I look at the sand, and I'm just one grain,
But my intuition says there's a bigger mission I must embrace,
So I'm, I'm pushing my thoughts to a new place.
I'm kicking and screaming, 'cause it won't be easy
To break all the patterns,
If I'm not evolving, I'm just another robot
Taking up oxygen.
Что скажите, товарищ учитель-психолог?
Давай там. Держись. Продолжай заниматься спортом. В здоровом теле, здоровый дух. Я пока ленюсь и в зал не хожу, хотя понимаю, что пора начать за собой следить. Выезжаю за счет возраста. Но чем старше становишься, тем сложнее держать себя в форме. А все-таки в девушках цениться не только ум. Буду брать с тебя пример. Заведу тренера. Буду приседать.
Заканчиваю письмо. И так много воды. Пиши скорее. Если что нужно прислать с воли, говори.
Твоя Аризона Хаас.

Складываю свое письмо, складываю детские рисунки и открытки порядка пяти штук, вожу языком по клейкой стороне конверта, запечатываю. Для меня писать ему письма уже почти так же, как дышать. Не представляю свою жизнь без этого. Конечно, куда больше мне нравилось с ним пить чай. Но за неимением большего... Спасибо, что не исчезает и не забывает. Спасибо что подпустил и доверяет настолько, насколько вообще способен. Спасибо.

+1

11

Наверное восприятие подстраивается под сложившиеся реалии. Первый раз было неожиданно, второй раз по увесистому конверту, я понимал что там будет не только письмо. Сложно говорить о веселье в таком месте, но детские подарки вызывают улыбку. Я уделяю внимание каждому подарку и только после этого приступаю к чтению письма. Аризона рассуждает о счастье, вспоминает наш первый разговор. Я всё также не согласен, но пока что не знаю о чем буду писать ответ. Читаю письмо до конца от разговоров о вечном Хаас переходит к поддержке, но едва ли понимает всю глубину тюремной жизни, сказать честно – я и сам не представлял, пока не оказался здесь.
Я прячу письмо в книге, мне нужно подумать несколько дней. Кажется уже пролетело полгода в тюрьме, я всё ещё жив, пошёл на сделку с совестью и принял местные правила, стал частью групировки, успел полежать в больнице, несколько раз подраться и продолжал упорно тренироваться с железом. Тело иногда чертовски болело, а руки казалось отвалятся вслед за ногами. Здесь тренировки доходили до изнурения, в то время как условия содержания и питание оставляли желать лучшего. Я смотрю на мир через прутья решётки, всё ещё задумываясь что я буду делать, когда выйду. Ближе к вечеру читаю Мастер и Маргарита.

Я пожалуй начну в этот раз с темы, к которой обещал ещё вернуться. Начал читать Булгакова. Книга увлекла меня с первых страниц. Мне нравится какие вопросы поднимает автор, хоть пока мне понятны не все герои, но особое внимание к себе привлекает Воланд. Насколько я могу понять, это своеобразное альтер эго Дьявола. Как ты знаешь, у меня своеобразный кризис веры и образ Дьявола который, едва ли причина всех наших проблем – подкупает. Умён, всеведущ, видимо мы привыкли видеть его владыкой Ада, но здесь он занимает позицию судьи и наблюдателя за жизнью обычных смертных. Огромный кот Бегемот вызывает улыбку, не могу ей сопротивляться. Продолжаю читать…
Надеюсь ты поблагодаришь детей от моего имени - их подарки и правда мотивируют, как и твои слова. Я несколько дней думал о них после твоего письма, хотя совру - я думаю о том что будет после того как я выйду постоянно. Это сложные мысли, на которые у меня всё ещё нет ответа. С одной стороны я понимаю вектор направления, с другой стороны меня пожирают собственные демоны. Мне хочется верить в хорошее, но здесь чтобы выжить, нужно доверять людям, которые что-то делают для тебя вовсе не из хороших побуждений. По иронии судьбы, здесь сложно остаться хорошим парнем, ведь такие тут долго не живут.
Ты снова рассуждаешь о счастье, и я всё ещё остаюсь при своём. Человеку нужен человек. Добрые дела похвальны, но парочка добрых дел скорее прививка нежели лекарство от этого мира. Мне приятно думать что ты и моя яхта меняют этих детей в лучшую сторону, дают им надежду и возможно изменят их жизнь и их самих, покажут им что мир не такой тёмный, каким они видели его до. Ты поступаешь правильно и я невероятно тобой горжусь. Надеюсь в остальные дни ты чувствуешь себя не хуже, чем когда находишься на моей яхте. Пару недель назад в мою камеру подселили нового соседа. Наверное его можно назвать теми самыми ушами, о которых ты мне написала пару писем назад.
Любопытные строки. Местные знатоки говорят что это исполнительница и вовсе не такая старая, как ты мне тут доказываешь. Думаю она весьма молодёжная. В любом случае на твой возраст вполне подходит. В них есть смысл и это главное. Мне кажется после того что у нас было и каждое письмо которое я получаю от тебя — ты не тянешь на звание робота и поглощаешь свой кислород вовсе не на автомате как остальные. Ты помогаешь не только детям, но и мне лично. Не так много людей, которым я был бы интересен, без каких-то на то причин. Родители не в счёт. Они переживают и для них это урон по репутации. Впрочем последнее – это одан из причин, почему я отдалился от семьи. Родители хотят видеть свои копии, а это далеко не всегда так. И это злит их, до глубины их души.
Мне кажется в тебе есть стержень и благое намерение сделать этот мир лучше, быть может в первую нашу встречу я не увидел этого, много и страшно шутил, но ремонт в твоей комнате показал мне тебя настоящую и я помню твои слёзы на кладбище. Тогда я ничего не сказал, но я видел что ты понимаешь… на уровне чувств. Это дорогого стоит. Чувствовать больно. Любить порою более чем мучительно, очень сложно найти человека, который не только ответит тебе взаимностью, но и будет с тобой на одной волне. Не позволяй миру сделать тебя чёрствой стервой, а если это случится, я выйду из тюрьмы и вытрахаю из тебя всю дурь. Шутка. Наверное. Мой сосед случайно увидел твоё фото. Предположил что мы встречаемся и я Счастливчик. Теперь ты знаешь. Живи с этим.
Первые несколько месяцев я не писал тебе с кем я сижу и за эти полгода я сменил уже трёх сокамерников. Для меня это непростая тема. Ведь никогда не знаешь с кем ты окажешься в камере, а зачастую здесь – это самый близкий человек, от его лояльности зависит проснёшься ли ты утром живой, вовремя ли пройдёшь опасный коридор. Натан Спенсер. Не убийца и это радует меня больше всего. Ходят слухи что он создавал фиктивные фирмы и отмывал большие деньги. Сам Натан достаточно говорлив, прямо как попугай, но слушать он умеет тоже. Не суёт нос куда не нужно, но как ты уже поняла рассматривает чужие фото через плечо. У нас был один инцидент и думаю его можно назвать оправдавшим доверие. Вот.
Так что можешь переживать на счёт ушей, теперь у меня есть человек, который не только может выслушать мои бредни, но и прикроет спину. Продолжаю тебе писать. Не знаю насколько всё это растянется, но хочу попросить тебя ещё раз, приглядывать за яхтой и посещать могилу моей жены и сына. В марте каждого года. Мне спокойнее, зная что на воле есть человек, готовый отнести цветы к могиле. Я это ценю, знаю у тебя не простая работа, забирающая у тебя львиную долю твоего времени. Однако именно тот факт что ты находишь время на других и их прихоти говорит в пользу моей теории, что в тебе есть свет и ты хороший человек, не потому что делаешь что-то для кого-то, а потому что глубоко внутри тебя это есть, и такие люди нужны этому миру, только такие его и исправят. Я верю.
твой Малькольм Морган                                                            13/08/19

+1

12

Смех сквозь слезы. Читаю письмо Малькольма, и то плачу, то смеюсь. Я не хочу меняться. Я знаю это. Я ему обещала. Но он был прав. В этом мире так сложно оставаться собой. Сложно смотреть на него широко открытыми глазами и с улыбкой. Никому этого не нужно. Ты никому не нужен. Я с каждым днем понимаю это все отчетливее, но искренне берегу все светлое, что во мне есть. Выпуская когти лишь на работе. Да. Пришлось их отрастить, потому что страшно. Я жить хочу. А жить дают только тем, кто может за себя постоять. Мамы с папой рядом нет. Я выросла. Принца, готового сражаться и защищать не встретила. Приходится самой.
Улыбаюсь над тем, что сокамерник решил, что мы встречаемся. Придет же людям в голову. Даже глядя на нас, становится очевидно чисто визуально, что мы слишком разные. Да и возраст. Интересы. Жизненный опыт. Но было бы забавно, если бы такое было возможно. Наверное, каждый вечер, он бы меня экзаменовал на понимание жизни. А я бы готовила омлеты на завтрак как тогда, когда он делал ремонт. Дурацкие мысли.
Не дожидаясь утра, сажусь писать ответ.

Я так и знала, что ты заостришь внимание на Воланде. Хотя, честно говоря, как человек, который прочитал произведение от корки до корки несколько раз, меня интересует твое видение Маргариты. Да, такая я вот предсказуемая девушка. Не знаю почему, но еще с самого первого прочтения мне хотелось быть на нее похожей. Возможно, самовнушение, но даже находила отдельные общие моменты. Вообще для меня в этом произведении здесь сошлось все. От сюжета с мистикой, до канонов и мыслей. Хотела бы я почитать на языке оригинала. Мне кажется это еще сильнее.
Я рада, что у тебя появился такой сосед. Это важно, чтобы кто-то был рядом, с кем можно поговорить. Я не очень социальное существо для своих лет, но даже я с трудом представляю каково это, запри меня в помещении, где не с кем поговорить, или еще хуже, не о чем. Не знаю надолго ли он там с тобой, но желаю, чтобы максимально (хотя такое не принято желать). Мне просто хочется, чтобы тебе там было как-то полегче. Вообще, ты молодец. Держишься. Я чувствую по письмам. Не могу сказать, что не меняешься, наверное, это невозможно, но ты все еще тот Малькольм Морган, которого я помню. Вот я тебя тоже прошу, не меняйся. Сохрани в себе себя, как бы сложно тебе ни было. Шутку про свои изменения и что ты со мной сделаешь, оценила. Буду с этим жить до твоего возвращения. Скажи ты мне это в первый день знакомства, тоже приняла бы за чистую монету. Сейчас вроде научилась отличать, где ты серьезно, а где юморишь. Но в любом случае, я с твоим соседом согласна. Тебе со мной повезло. Живи с этим тоже.
А если серьезно. Мне страшно. Я взрослею, возможно, мудрею, но самое ужасное, я черствею. Когда я в Сакраменто, мне кажется я становлюсь прежней. Проведываю яхту, проверяю ремонт в комнате, иногда встречаюсь со школьными друзьями, окунаясь в те беззаботные дни своей совсем уж молодости. А в Лондоне… Все сложно. Мне даже некогда побыть наедине с собой, почитать книгу. Я только и делаю, что ношусь по рабочим делам или выстраиваю перед собой щит от тех, кому я не угодна. Я, конечно, не питала иллюзий на счет юриспруденции, но не думала, что будет так жестко. Нужно учиться быть с зубами, чтобы не проглотили. Не нападаю первая, но учусь защищаться.

Прерываю письмо. Он первый, кому я об этом пишу. Родители не поймут. Они всегда были куда более собранные и менее ранимые, чем я. Они всегда работали вместе, поддерживая друг друга в трудные моменты. А я фактически нахожусь в чужой стране. Без родных, друзей и знакомых. Вынуждена защищать себя сама от внешнего мира, только укрыться от невзгод негде. И поделиться не с кем. Как можно сохранить в себе что-то доброе и светлое. Где найти силы. Не хочу плакать, но из глаз закапало. По сути, Морган для меня сейчас единственный близкий человек, с которым я разговариваю по душам и с которым делюсь своими мыслями. Единственный, кто в состоянии понять и поддержать, потому что именно об этом он и предупреждал с первого дня знакомства. Спустя пол часа собираю себя в руки и продолжаю писать.

Развела я тут у тебя на бумаге воду, прости пожалуйста. Просто правда сложно. Есть один плюс в том, что ты сидишь. Мы пишем друг другу письма. Мне кажется не случись этой беды, мы бы, наверное, больше и не увиделись, а мне правда дороги все твои буквы, которые ты для меня написал. Где-то улыбаюсь, где-то смеюсь, где-то задумываюсь. Само собой мотаю на ус. Так что, спасибо то пишешь письма и отвечаешь на мои. Думаю у нас с тобой взаимный  и гармоничный тандем получился. Именно там, где каждый из нас нуждается.
Про яхту и кладбище помню, не волнуйся. Каждый март- я на могиле. По возможности навещаю чаще, убираю листья и старые цветы. Звучит, наверное, круто. Но ты не думай. Не так часто, как нужно. Наверное, раз в полгода удается. Яхту посещаю чаще. Планирую в следующий приезд еще раз детей покатать, пока совсем не похолодало.
Держись, мой хороший. Не пропадай. Я рядом.
Твоя, Аризона Хаас. 03.09.19

Отредактировано Arizona Haas (2022-11-20 19:41:59)

+1

13

Как-то незаметно пришла осень. Ветер несколько изменился, но в целом жизнь не особо изменилась. Сакраменто было тёплым городком и от того дискомфорта почти не было. И так как я дожил почти целый год перед заключением в Сакраменто, я знал что ближе к зиме могут быть дожди и действительно прохладно, в остальном же погода без внезапных поворотов на дороге. Да и что менялось для заключенных, для которых и зимой и летом самые частые гости в жизни – это четыре стены. Я к ним даже привык. На одной из стен красовалось фото жены и сына. Это единственное, чего у меня забрать не могли. Пусть видят. И пусть бояться. Некоторые ходоки постарше словно интуитивно чувствовали, что я не так прост, каким хочу казаться.
Ждал письма Хаас с нетерпением. Для меня письма стали неким движением вперёд и пускай здесь в четырёх стенах для меня мало что менялось, но с каждым письмом я понимал что прошёл ещё один месяц и время движется не смотря на моё заключение. Жизнь продолжается. Появляются знакомые и враги. Я узнаю и чему-то учусь даже здесь. Меня уже нельзя снести или повалить на землю с первого броска. Это тоже часть опыта, который я получил здесь. Я дочитал Мастера и Маргариту. После прочтение книги осталас некая… не знаю как это описать… Странное чувство. В общем не знаю.
Книга – определенно хорошая. Дождался письма, открываю с любопытством. В этот раз достаточно тонкое и пахнет Хаас. Погружаюсь в чтение ближе к вечеру. Впитываю в себя каждую строчку и с каждой строкой чувствую как перемены внутри Хаас как будто готовятся к выходу. Она там одна и наверняка нападок на неё в разы больше чем на местных. А ещё график и перелёты. Это достаточно непростой режим даже для более стойких и решительных. Такое закаляет волю, но с тем же успехом убивает и человечность, взращивая циничность и отращивая людям когти и клыки. Прочитал… И задумался. Массирую подбородок.

Привет! Я хотел бы рассказать тебе историю, думаю ты не против, а если и да – мне то что с того? Я здесь, а ты там, и ничего ты мне не сделаешь! Так о чём моя история?
О человеке.
Наверное всё начинается и заканчивается людьми. Даже если история не о людях, она всё же относится к ним. Как-то так сложилось задолго до нас. И кто я такой, чтобы ломать законы жанра? Всего лишь человек. Один из Многих.
Этот человек начал свой путь ребёнком, как и все люди, которых тьма на этом земном шаре. В детстве он мало чем отличался от других. Такие же две руки. Такие же две ноги. И голова на плечах. Такая же речь как и у прочих. И такие же глаза. Немного озорные должно быть, но кто не без греха? В детстве большинство детишек имеют такие запасы энергии, что нам обычным взрослым, остаётся лишь завидовать им белой завистью. Ребёнок рос.
Становился маленькой личностью. Вырывал из мира кусочки и складывал из них. Что-то его злило, что-то обижало. На что-то не хватало слов, а чему-то не могли научить и синяки с ссадинами. Каждый человек впитывает мир своим особым способом. Словно клетки с избирательной проницательностью. Так и люди. Не бывает одинаковых людей. Хоть из года в год нас и пытаются загнать в какие-то рамки, но история не о всех. А о одном из.
Для этого человека такие понятия как честь, совесть и справедливость не были пустым звуком. Наверное он был идеалистом. Таких не пугают ни бури, ни ураганы, ни засуха. Они идут своей особой дорогой, а оно обычно очень тернистая, на ней можно изранить и руки и ноги. Некоторые шипы вопьются так глубоко, что затронут за живое и останутся шрамами на душе. И что?
Каждая маленькая личность вроде этой когда-нибудь повзрослеет и станет Личностью, о которой будут говорить с трепетом и уважением, которая осознает и поймёт о мире куда больше прочих. И даже если она потеряется, даже если вокруг будет бескрайний мир и песок побережья. Она не будет одна. На её горизонте покажется яхта, которая укажет правильный путь. Между прошлым и будущим.
Эта яхта будет твоим ориентиром, где бы ты ни была. Ты эта Личность, Аризона Хаас. Это твой путь. И это воспоминание должно быть связующим звеном между тобой настоящей и тобой наигранной. Я староват для этого мира, но мне кажется я немного разбираюсь в людях, так что просто послушай совет от своего Мастера, до этого момента он вроде тебя не подводил. К тому же в прошлом письме я дал тебе очень странное и страшное обещание, не позволяй ему случится!
Маргарита – удивительная женщина. Быть может все русские такие, среди американок таких мало, быть может я консервативен, быть может видал в жизни такое, что делает меня предвзятым. Ты юрист и наверняка сталкиваешься с самыми разными людьми каждый день, каждый твой клиент что-то старается урвать, от супруга или от матери, от брата или от сестры. Каждый на что-то имеет свои права и эта профессия, которая шлифует человека и заставляет быть его циничным. Крепись!
Но вернёмся к нашей героине, мне симпатичен её образ. Не многие ради любви готовы на такое. Возможно в тебе и правда что-то есть от неё. Надеюсь больше хорошего, чем плохого. Твой путь никогда не кончится и не важно сколько тебе будет лет. Самосовершенствование никогда не заканчивается. А я кажется вступил на тёмную дорожку и набил себе на правое предплечье кельтский крест. Стараюсь держаться. И кажется у меня появилась первая работа. Расскажу об этом в следующем письме.
твой Малькольм Морган                                                            17/09/19

+1

14

Общаемся десять месяцев через письма. И это в современном мире, когда человечество придумало всевозможные мессенджеры. Мне кажется, до Малькольма я ни разу таких не писала. Да и даже если взять банальное их содержание, такими мыслями я не делилась даже с мамой. Всегда соответствовала тому образу, который от меня ждали родители и окружающие. Зачем расстраивать родных. Получаю письмо и нюхаю. Ну чем она может пахнуть. Точно не парфюмом и не благовониями. Но я чувствую запах. Уже узнаю. А может просто самовнушение. Читаю и улыбаюсь. Без слез. Мне нравится, что он пишет. Определенно нравится, как ко мне относится и как верит в меня. Посторонний чужой взрослый человек. Так искренен в своих намерениях. Надеюсь, общение со мной ему дает хоть что-то, кроме как скоротать серые однообразные будни в заточении.

Привет, Малькольм.
Не считаю, какое это по счету письмо, но писать тебе стало таким естественным делом. Почти как чистить зубы. Мне иногда кажется, что даже когда тебя выпустят, я продолжу их тебе писать. А в школе ведь я терпеть не могла это делать. Вот уж не думала, что красивый и разборчивый почерк мне когда-то пригодиться. Ну как говорится, никогда не знаешь, что будет в будущем.
Вернемся к Маргарите. Полностью положительных или отрицательных людей и героев не бывает же. Мне как раз нравится ее многогранность. Но в целом, я ее воспринимаю чем-то хорошим, вопреки всему. Если не такая любовь, ради которой готов  на все, то зачем она вообще? Наверное, страшно любить настолько, но не менее прекрасно. Я бы хотела так. Чтоб и в огонь, и в воду, и даже не задумываясь… Когда нет понятия, что плохо. Он просто твой и все остальное не важно.
Мы вчера плавали с детьми на яхте. С погодой не повезло, поэтому сидели в каюте и я поила их чаем. Как ты меня тогда в наше первое утро. Мне было не очень. Волны сильные, укачало слегка. Оказывается, у меня бывает морская болезнь. А дети были счастливы. Столько визга и смеха я еще никогда не слышала. Думаю, до весны мы больше плавать не будем, поэтому я наняла человека, чтобы он обслужил твою красотку и подготовил к зимовке. Так что не волнуйся, я за всем слежу, как ты и завещал. Деньги твои тоже не трогаю, вопреки твоим словам. Мне кажется, когда ты выйдешь, она лишними не будут для тебя. Если вдруг что-то очень дорогое понадобится, то я воспользуюсь. Пока необходимости не было. Ну и раз уж мы заговорили о яхте. Она и правда для меня как маяк. Каждый раз, когда я здесь, или рядом, я всегда возвращаюсь в ту нашу первую встречу. Несмотря на то, что я уже изменилась, ты и сам отмечал это в нашу последнюю встречу, я всегда возвращаюсь к той себе. Летней ночью 2018. Не знаю. Наверное, оставаться точь-в-точь я не хотела бы, все-таки мудреть и взрослеть нужно. Но этот островок прошлой жизни и правда очень помогает. И твои письма, помогают. Хочу взрослеть, хочу иметь щит, хочу уметь избегать боли и ошибок, но не хочу черстветь и изменять себе. Правда, очень этого боюсь. Я люблю юриспруденцию. Люблю помогать людям, но это совершенно точно не та профессия, которая помогает сохранять себя. Юристов много. Наверное, самый большой пласт в профессиях. Хороших юристов едва ли меньше. А хочется быть взрослой и независимой, хочется чего-то стоить в этой жизни. Хочется стабильную работу и стабильный заработок. В современном мире нельзя надеяться удачно выйти замуж. По крайней мере, я сама себя не буду уважать, если не буду из себя ничего представлять. Но как выжить в этом пруду с пираньями, я не знаю. Мне правда страшно.
Я понимаю, я снова ною и ищу какую-то поддержку в твоих письмах. Извини за это. Они действительно помогают, и дают заряд ровно до следующего твоего ответа. Конечно, всю жизнь на такой подпитке не проживешь, но думаю со временем я научусь справляться самостоятельно. Опыт, все дела.
Расскажи мне, как там кормят? Что там твой новый друг еще говорит? Цени, больше фотографий не отправляю, чтобы не ставить тебя в неловкое положение и не вынуждать объяснять, что это за девочка такая вечно на фотографиях. На самом деле я шучу, не волнуйся. Меня нисколько не смущают мысли твоего соседа по камере. Скорее улыбают. Уже октябрь. Представляешь. Время так быстро летит. Скоро Новый Год. Подумай над Рождественским подарком. Я попробую что-нибудь придумать, и передать его тебе. А пока, вот тебе новая книжечка. Не скучай. Почти год уже прошел. Осталось немножко.
Жду весточку, твоя Аризона Хаас.
02.10.2019

Складываю письмо в конверт, а еще умудряюсь запихнуть книгу про Красную шапочку и Серого волка на 5 языках мира. Не то чтобы я думала о том, что у Малькольма будет время изучать иностранные языки, а главное желание и возможность, но вдруг. А книга показалась мне достаточно символичной, вполне применима к началу нашего знакомства. Надеюсь улыбнет.

+1

15

Ждал письма, как будто оно последнее, наверное так оно когда-нибудь и случится. Белые парни не любят когда их подсиживают, а именно это и случилось не так давно. В одной из потасовок вывели из строя нашего парня и сейчас кухней заправляли чёрные. Никогда не был расистом и вряд ли стал им в тюрьме, но в этих четырёх стенах война кажется бесконечной. Есть разные войска и не получится сразу служить в двух или трёх, рано или поздно тебя поймают и тогда ты уже не проснёшься. С тех пор как я выбрал сторону прошло несколько месяцев и сейчас при мне куда больше людей говорило свободно.
Что-то затевалось, я думал это начнется раньше, но мои новые друзья явно чего-то ждали и пока этого не случилось. Время ещё есть. Я не знаю что будет после, будет ли писать мне Аризона, буду ли я ей писать. Выживу ли я вообще. Это там на свободе можно было залететь в драку, а на завтра усмехаться и шуточки шутить. Тут же всё иначе, никто не машет кулаками просто так, а если кто-то и машет, то он либо защищает свою жизнь либо чьи-то интересы. В случае последнего, ты автоматически становишься врагов для тех, кто защищает интересы на другом краю тюрьмы.
А ещё есть копы и охранники, которые бдят и сторожат нас как рыбок, кого-то они хотят подцепить на крючок, кого-то просто хотят увидеть мёртвым, а кто-то хочет заработать и в принципе всё это старо как мир, только вот это никогда не было моим миром и всё что я хочу – выжить. Прежде чем прочитать письмо, подношу его к носу и нюхаю, не то чтобы запах был сильным, но его достаточно, чтобы образ молодой Хаас всплыл в голове, её мимика и жесты. Важные мелочи, которые на несколько мгновений помогают забыть что я в тюрьме. Темы знакомы, мы обсуждали что-то из этого ещё когда я был на свободе.

Любовь – это всегда хорошо. Маргарита несомненно любит и в этом я её понимаю, говорят все счастливые - счастливы одинаково, но все несчастные несчастны по разному. Вроде бы это тоже из русской литературы. Возможно счастье и правда общее на всех, но я думаю каждый путь к счастью по своему особенный и неповторимый. Не бывает такого, чтобы счастье просто упало на голову. Путь к счастью тернистый, зачастую жизнь забирает больше чем даёт и любить становиться роскошью. Любящий человек в погоне за любовью должен быть готов отдать всё, как Орфей спускающийся в царство мёртвых за Эвридикой.
Спасибо что заботишься о яхте и о детях, мне это и правда важно. Не только из-за яхты, но и потому что мы увидели там, в детском приюте, думаю каждый воспринял это близко к сердцу. Иногда всё правильное на поверхности, но вместо этого мы гонимся за ненужными вещами, пытаемся удовлетворить собственные желания и амбиции, забывая о самом важном. Мне хочется верить, что эти дети отплатят миру добром, ибо то что ты делаешь это абсолютно точно правильно и возможно кому-то это поможет определиться в жизни и сделать правильный выбор, несмотря на …
Это касается и твоей работы. Юристов измеряют по их делам, ибо именно они и формируют нашу репутацию. Не бывает самородков, которые поймали бы своего белого кита, просто потому что они умеют красиво улыбаться или у них имеется диплом. Он имеется у многих и всегда оцениваются личные качества, которые и формируют нас в глазах окружающих людей. Я уверен ты справишься и за эти несколько лет вырастешь как специалист, просто постарайся при этом остаться человеком. Это куда важнее, чем громкая карьера.
Что касается моего питания… уверен ты питаешься в разы лучше. Тюремная еда – это не лучшая тема для разговоров, но если вспоминать всё ту же Россию, уверен стоит отдать должное нашему правительству. Еда здесь скромная, иногда безвкусная, но в целом она наверняка содержит необходимые нормы, чтобы господа заключенные не загнулись тут от голода. Так что на еду грех жаловаться, было бы куда хуже – если бы её вообще не было. Что же касается Натана Спенсера, думаю ему в какой-то мере повезло, что он наткнулся здесь в тюрьме именно на меня. Он столь же болтлив как и безобиден, но иногда его язык доставляет ему проблемы. Впрочем, он лелеет мечту, что надолго здесь не задержится.
Благодаря Натану вспоминаю, чему меня учили в молодые годы – это не совсем моя сфера, но думаю у него и правда есть шансы выйти отсюда досрочно. Я копаюсь в его бумагах и уже наработал себе базу информации с которой можно работать. Если подать несколько исков и ходатайств, грамотно изложить в них мысли и упомянуть пару законов и прецедентов, думаю этого парня оправдает суд. Конечно сам Спенсер утверждает что он невиновен и ничего из предъявленного ему не делал, но у меня есть мысли что компании в которых он работал, явно принадлежат кому-то влиятельному и неизвестно, безопаснее ему здесь или снаружи.
Я бы хотел рассказать тебе больше, но ты сама знаешь где я нахожусь и не смотря на всё моё желание поддерживать с тобой связь, в последние недели здесь становится горячо. На кухне произошёл инцидент, и теперь все на взводе, это касается не только охранников, но и заключенных. Думаю если что-то случится, я поставлю твою безопасность выше собственной, надеюсь ты когда-нибудь меня поймёшь и простишь.
Твой Малькольм Морган                                                               13/10/2019

+1

16

Малькольм. Я рада, что твой мозг работает и ты вспоминаешь, что такое юриспруденция. А еще нравится, что каким бы комфортным для тебя наконец ни был твой сосед по камере, ты хочешь ему помочь, хочешь, чтобы его оправдали и он вышел на свободу. Я бы, наверное, тоже бы старалась помочь хорошему человеку. Но здесь, будучи на своем месте, не имея возможности помочь тебе как-то еще, кроме как написывая письма, мне будет очень жаль, если ты без него останешься.  Мне стало спокойнее знать, что ты там не один, у тебя есть какая-то поддержка, и что этот человек довольно милый. Неизвестно, кого к тебе подселят следующего. Я переживаю. Почти год ты там, наверное, можно было бы мне уже привыкнуть и перестать так волноваться, но не получается. Как я и писала раньше, у тебя не курорт. Едва ли я понимаю до конца, каково это находится там. Я лишь знаю теорию, но судя по твоим рассказам, всю куда хуже, и едва ли самого страшного можно ждать от конвоиров и охранников. Поэтому мне важно, чтобы тебя окружали максимально хорошие люди. Смешно звучит для тюрьмы, понимаю.  С другой стороны, ты делаешь доброе дело. Да и в принципе дни проходят менее однообразно, я думаю, если занят полезным мыслительным трудом.
А вот последние предложения твоего письма меня напугали. Я тебя очень прошу, не ввязывайся никуда. Я не знаю, возможно это, или обязательно нужно вариться в какой-то кухне. Но прошу. Тебе осталось пара годиков. Один уже прошел. Я буду рядом. Буду писать. Только не исчезай. Не оставляй меня. И я  тебя не оставлю, что бы ни случилось. Мы справимся, слышишь? И я сильнее чем ты думаешь. Не нужно говорить про мою безопасность. Мы с тобой не в браке. Ты мне не родственник. Я не думаю, что даже если захотят на тебя надавить через кого-то, то вряд ли их заинтересует молоденькая девочка юрист, с которой есть связь через письма и ремонт в комнате. Будь разумным! Мне не нравится, что ты мне это написал! Я протестую! Я запрещаю переставать мне писать!
Я серьезно. Я обещаю не терять себя, обещаю быть рядом, обещаю показать тебе себя, какой стану еще через два года. Я искренне не хочу тебя подвести и твою веру в меня, но одна я не справлюсь. Мне нужны наши разговоры, мне нужны твои нравоучения. Ты мне нужен!

Я со злостью швыряю бумагу в конец стола и бросаю ручку. Я зла. Какое право он имеет решать за меня. Он не может за меня делать мой выбор. Я не маленькая. Мне не 15 лет. Я живу одна в чужой стране, ежедневно борюсь за жизнь и со всеми змеями, которые меня окружают. Почему какой-то взрослый мужик решил, что имеет право меня чего-то лишать. Если у него возникнут сложности, он должен об этом сказать мне. Если он посчитает, что для меня существует угроза, он должен сказать мне. А я уже приму решение как поступить. Да почему все эти взрослые люди любят решать за других. Почему все люди любят сами делать выводы и РЕШАТЬ за других. Это моя жизнь. Я сама решаю, как с ней поступать. Я сама решаю, с кем мне общаться, с кем мне прекращать общение, и как саму себя защитить. На нервах открываю холодильник и достаю пиво. Еще кошусь на сигареты, которые остались от подруги. Никогда не пробовала курить, запах мерзкий, но все говорят, очень успокаивает нервы. Открываю бутылку, стакан не беру. Я сегодня дерзкая, буду пить прям так, из горла. Сажусь за стол. Пачка сигарет так и манит. Ну и попробую разок, чай не 16 лет. С одной затяжки зависимости не возникнет, может еще и не понравится, а нервы успокоит. Решено. Сделано. Не умею, но видела, как делают другие. Сигарету в зубы, зажигалка, и вот уже по кухне разносится характерный запах сигаретного дыма. Благо в квартире можно курить, она оснащена всякими воздушными фильтрами, обои запахом не пропитаются и на балкон можно не выходить. Делаю небольшой вдох. Глотаю дым в себя. Жду. Ничего не происходит, не умерла. Пожала плечами и делаю большую затяжку на глубоком вдохе. Даже проглотить не успеваю это все, начинаю кашлять как туберкулезник на последней стадии. Бросаю сигарету в блюдце, пытаюсь запить, но это не помогает, продолжаю кашлять. Лишь спустя несколько минут кашель начинает затихать, а после и вовсе сходит на нет. Сигареты – не моя история, либо я что-то совсем не так делаю. Так или иначе, нервы действительно успокоились. Отвлеклась от грустных мыслей на свою бестолковость. Начинаю снова писать.

Я не хочу, чтобы ты исчезал и заканчивал писать, так что давай, помогай там другу, держи хвост трубой и скорее пиши мне ответ. Я пока побежу, победю… одолею в общем пару кобр за это время, и все еще сохраню ту Аризону, которую ты помнишь. А еще подумаю над Рождественским подарком. Скоро же Рождество. Возможно, это будет опять книга. Подумаю.
Жду весточку, твоя Аризона Хаас. 01.11.19

+1

17

Я не дождался следующего письма. Так уж получилось. Последние две недели казались мне тем самым временем перед сумерками. Я шёл по коридорам тюремного блока и спиной ощущал как сгущаются тучи. Иногда это было гнетущее тяжёлое ощущение, а иногда мне казалось что тьма материализовалась и вот вот вырвет мне рёбра, добравшись до лёгких. Это сводило с ума, заставляло ходить вечно раздражённым и наготове, ожидать удара, которого всё не было и не было.
Я считал дни в ожидании следующего письма, а его всё не было и не было. Люди шептались. Ползли слухи. Наши собирались и готовились к ответке, жесткой и бескомпромиссной, чтобы стало раз и навсегда понятно, что чёрные не будут править кухней. Прошло ещё несколько дней, прежде чем в моей комнате оказалась заточка. Больше было некому. Стало понятно что мне от этого посвящения не откосить и мне как человеку с оружием отведена ключевая роль. Остальные будут прикрывать меня.
Я не сомневался в них, но никогда прежде я не участвовал в полноценных серьёзных драках и уже тем более не тыкал ни в кого заточкой, а вот в меня уже один раз тыкали и ощущения были не из приятных. Повезло наверное. Останется шрам, но внутренние органы были целы. И это главное. Мне предстояло морально подготовиться к тому, что от меня хотели. И если бы была возможность не делать этого, я бы не делал, но посыл был примерно понятен – либо я, либо я остаюсь без защиты и сам по себе, что по сути поставит на мне вполне себе аппетитную мишень для всех желающих.
По вечерам я перечитываю письма Хаас, смотрю на её фото, смотрю на фото детей, убеждаю себя в том что я хороший человек и достоин счастья, некоторые письма сохранили запах Хаас и я втягиваю её запах как отголосок мира свободы. Дни летят. И вот наступает канун того самого завтра, нервы зашкалены и даже Натан не может помочь мне в борьбе с собственными демонами. Ему это ни к чему. Я каким-то чудом смог подготовить его бумаги до заварушки и последнее что я хочу сделать – это написать письмо Хаас. Возможно последнее. Верю в неё и всегда буду верить. Потому что она особенная, что бы она сама о себе не считала там.

Привет Аризона
Я пока что не прочёл твоё письмо, но уверен что оно где-то рядом и уже мчится ко мне, верю что это так, однако жизнь – странная штука и иногда нужно действовать на опережение. В голове так много мыслей и я не знаю с чего начать. За эти несколько месяцев ты стала одной из самых близких мне людей. Видит Бог единственной, кто моложе меня и готов принять эстафету жизни в свои руки. Я так о многом хочу тебе рассказать, просто чтобы было, просто чтобы помнила, даже если эти знания в итоге вызовут лишь одну небольшую улыбку. Это тоже важно.
С годами наши лица словно забывают как улыбаться, искренне и по настоящему, как на том фото, что ты отправила мне несколько месяцев назад. Говорят во взрослых умирает ребёнок, когда они окончательно взрослеют, но в лучших из нас этот ребёнок живёт всегда, именно он верит в хорошее и светлое, именно он ведёт нас к мечте. Ты показала мне что такое дружба и я ценю это больше чем ты думаешь. Мне казалось это прерогатива мужчин. Дружить. По настоящему и просто так. Наверное благодаря тебе я подружился с Натаном. И помог ему, не смотря на нынешние трудности, а теперь он готов помочь мне.
Я считаю это важным ибо когда это письмо найдёт тебя, может случится всякое, но не смотря на всё, здесь и сейчас, я даю тебе обещание – выжить любой ценой. Не потому что ты в какой-то момент сломаешь яхту, а потому что там за решеткой есть вещи на порядок выше и ценнее, там на песочном берегу могут гулять и улыбаться дети и это прямое напоминание того, что я потерял. Я постоянно думаю о Лин и о Дэвиде, мне не по себе от того, что на протяжении нескольких лет я не смогу быть там лично и от того очень надеюсь, что ты сдержишь своё обещание и будешь навещать их хотя бы каждую годовщину. Я ценю это и буду благодарен.
Я видел что здесь делают со слабыми, но хорошими людьми. Иногда именно эти люди и не способны перенести все тяготы местной жизни. Я постараюсь быть сильнее, стать сильнее, ради тебя и твоей веры в того Малькольма Моргана, кем я когда-то был. Не знаю, останется ли что-нибудь от него к тому моменту как я выйду отсюда, но мне хочется верить в то что всё мной написанное было для тебя полезно. Я не перестану писать тебе, но пока ситуация не станет проще - я буду ставить безопасность близких мне людей выше своей собственной.
Малькольм Морган, Аризоне Хаас                                                     1/11/19

+1

18

Когда я получаю письмо раньше срока, от чего-то не испытываю радости. У меня плохое предчувствие. Можно было бы предположить, что Малькольм соскучился, либо решил поделиться радостной новостью, не дожидаясь моего ответа, но что-то внутри подсказывало, что это не так. Не спешила открывать. Положила письмо на стол и не трогала его час или два, словно это могло как-то изменить его содержимое. Ненавидела сейчас себя за свою слабость и за оттягивание неизбежного. Распиналась Моргану, какая сильная, как взрослею, какая мудрая и независимая, а сейчас боюсь прочитать от него письмо.
С колотящимся сердцем открываю конверт, разворачиваю бумагу и начинаю читать. Начало почти обычное, хотя плохое предчувствие не покидает. К середине мне начало казаться, что он решил поделиться со мной всеми своими знаниями и напутствиями, обобщить все то, что говорил и писал ранее. На последнем абзаце я не выдержала и разрыдалась.
Тут же села за ответ, словно это могло его остановить, словно я могла найти те слова, которые помогут справиться, быть сильным и не отказываться от общения со мной. Он будет писать, но не сейчас? Ведь так?!

Малькольм! Мой тон сейчас далек от нежного и дружественного как обычно, потому что я чувствую, что ты собираешься совершить ошибку. Если ты прекратишь поддерживать связь с внешним миром, это будет ошибка! Пожалуйста. Не отказывайся от него, не отказывайся от меня, не отказывайся от нас. Ты не посмеешь не отвечать на мои письма, а уж поверь, я настырная. Я буду тебе их отправлять в том же режиме, что и до этого. Буду отправлять книги, фотографии. Впереди Рождество, ты не должен быть там один! Натан выйдет, а ты вляпаешься в какую-то историю. Хотя нет, ты уже в ней, иначе бы не говорил этих слов.
Малькольм. Пожалуйста. Я не справлюсь без тебя. Едва ли ты мне на моей мнимой свободе нужен меньше, чем я тебе в камере. Не оставляй. Не прекращай писать. Борись за эту возможность и за свою жизнь. Не совершай то, о чем будешь жалеть.

Реву так, что все мои буквы расплываются на бумаге. Никогда столько не плакала. Никогда никого не теряла. Последние такие слезы были после ремонта в моей комнате, когда была поездка в приют, когда Морган рассказал свою историю. Я в жизни своей никого ни о чем не просила, в том числе, потому что боялась отказа. Только не сейчас. Только не с ним. Он правда мне нужен. Мне нужна эта связь. Нужна эта дружба. Нужен он.
Не замечаю, как засыпаю, а с утра  спросонья запечатываю письмо и несусь его отправлять. Не знаю, хотела ли я еще что-то добавить, наверное, нет. Я не могла даже написать, как у меня дела, потому что в горле стоял ком, а мысли превратились в запутавшийся клубок. Пойдет. Мне главное получить ответ.
Прошла неделя. Еще одна. Уж если не на это, то хотя бы на первое письмо я должна была получить ответ. Близится Рождество. Нужно что-то делать. Сложно сосредоточиться на подарках, поэтому просто покупаю открытку, подписываю и вкладываю фото.

Малькольм. С рождеством! Наверное, почта перегружена, поэтому долго доходят твои письма, но не страшно. Спешу поздравить тебя с праздником. Осталось два года! Ты такой молодец! Желаю в Новом Году тебе си, здоровья  и терпения. Все будет хорошо. Я рядом, как и месяц назад, как и пол года назад. Улыбайся. Ты уже преодолел 1/3 своего личного испытания. Поэтому желаю так же достойно преодолеть оставшийся путь! Очень скучаю!

Снова отправляю. Старалась быть позитивной, писать с улыбкой, думала о том, как он обрадуется, когда получит от меня весточку. Сопротивлялась вязкому и отвратительному чувству внутри, что он снова не ответит. Не верю в принцев, но хочу верить в этого серого волка. Он обещал. Обещал, черт возьми. Он не мог так просто исчезнуть. И не мог умереть. Он обещал себя беречь. У него жена. Ребенок. Ему нужно их навещать… Успокаивала и приободряла себя как могла.
Наступил январь… Февраль… Я все еще не дождалась от него письма, и все еще ждала. Я даже звонила на почту, вдруг неразборчиво был написан адрес, и не знают куда принести его. Тщетно. Ни строчки. Я не могу сказать, что я потерла надежду. Но я ее и правда уже не чувствую, как раньше.

Малькольм. Я скучаю. Я даже готова молча тебе писать письма, с надеждой что ты их хотя бы читаешь, только бы с тобой все было в порядке. Пожалуйста, только бы живой. Умоляю, дай весточку, что все в норме. Я места себе не нахожу. Я меняюсь без тебя. Я этого не хочу. Но даже на это сейчас мне плевать. Лучше потом отругаешь, скажешь, что подвела, только скажи хоть что-нибудь.

Письма стали короткие. Отправляла одно за другим. Стадия отрицания все никак не проходила, я уже боялась, когда наступит гнев. Март. Апрель. Я все еще продолжала писать в пустоту. Курила ночами сигареты и писала.
Письма стали жестче. В них больше не было мольбы. Не было слез. Не было ничего того, что я так тщательно пыталась в себе сохранить. Обида. Боль. Злость. Он не писал. Я не верила, что его больше нет. Но верила в то, что он отказался от меня. Что моя дружба ему больше не нужна. Я ему больше не нужна. Наверное, мозгу так было проще принять факт отсутствия Малькольма в моей жизни. Его больше нет. И никогда не будет. Нужно просто смириться.
Прощай…

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » God never makes errors


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно