Бойду 22.

Ах да, Бойду — двадцать два. Великое событие в резиденции Коллоуэй.

Бойду двадцать два, и это значит абсолютно ровным счетом ничего, не считая нервозность на протяжении всей недели до на лице Эндрю...
читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 16°C
• джек

[telegram: cavalcanti_sun]
• аарон

[telegram: wtf_deer]
• билли

[telegram: kellzyaba]
• мэри

[лс]
• уле

[telegram: silt_strider]
• амелия

[telegram: potos_flavus]
• джейден

[лс]
• дарси

[telegram: semilunaris]
• робин

[telegram: mashizinga]
• даст

[telegram: auiuiui]
• цезарь

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » part: next stop paradise


part: next stop paradise

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

if love's an angel you're a devil's spice burnin' up and down
in my spine show me the angel i saw in your eyes 'fill my last desire

https://i.imgur.com/HyHmfpl.png
august, 2022
частный колледж театра и искусств
Marldon / United Kingdom
Elif, Chris Adamson

[nick]Chris Adamson[/nick][lz1]КРИС АДАМСОН, 37 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> преподаватель истории литературы, ученик "богов любви"<br><b>relations:</b> <a href="ссылка на профиль">secret</a>[/lz1][icon]https://i.imgur.com/4WPrFoD.gif[/icon]

Отредактировано Jake Scott (2023-01-22 18:04:16)

+1

2

Ногу на ногу закинет, откидываясь на стуле, смотря куда-то перед собой. То ли на последующие парты, то ли на доску, то ли на пространство между ними. Скалится – улыбается, как всегда, как обычно. Избалованная девчонка, которая никогда не приемлет в свою сторону отказа. Она привыкла получать что угодно, в любое время суток и времени. Ураган, который вырывает с корнем все, утаскивая за собой и безвозмездно уничтожая. Ее взгляд не бывает заинтересованным, особенно когда он обращен к людям, ей мало кто нравится. Развлекает лишь издевательства, насмешки и та компания, которая может все это поддержать. Доченька значимых людей, которым и пискнуть ничего не смеют. Да, она с самого детства была избалована всем, у нее были прислуги, и сейчас девчонка привыкла обращаться с собственным окружением именно так.
    Элитный колледж театра и искусств, она поступила сюда лишь бы угодить родителям. Кто знает, может быть, они хотели наконец-то отправить девчонку подальше от себя, что бы не видеть того, что она творит. Не видят, не знаю, следовательно, не нужно надрывать свои голосовые связки, тем более это уже не поможет. Ребенка не воспитывают в восемнадцать лет, в этом возрасте пожинают плоды этого самого воспитания. Чуть поведет головой в сторону, рассматривая то пространство, где обычно они репетируют какие-то сценки. Ей начинало нравиться то, чем она занималась. Сама по себе Эл была прекрасной актрисой. Она играла на эмоциях других людей как на струнах изысканной скрипки. Если хотела, то могла втереться в доверие, стать лучшим другом, а потом со смехом выложить всем вокруг самые сокровенные тайны. Она была сукой и никогда этого не скрывала.
Пытались ли ее угомонить? Пытались, только безуспешно, вызывая еще большую ярость и желание уничтожить всех вокруг. Колледж хоть как-то занимал голову Элифтарии, перенаправляли в другое русло. Она редко когда послушно сидела и на парах, но, тем не менее, слушала то, что ей нравилось, и сейчас с нетерпением ждала новую пару.
     Тяжелые шаги она услышала сразу же, но даже не повернулась и не встала, когда преподаватель вошел в аудиторию. Классическим это место сложно было назвать. Парт здесь было крайне мало, студенты могли расположиться на полу, где захочется. Данное место пропагандировало свободу выражения себя, так как факультет был направлен именно на это изучение, но, тем не менее, в строгих стенах этого города правила так же требовались к выполнению. Для всех. Но не для нее. Короткая юбка формы задралась сильнее, когда Элиф практически легла на стул. Впереди нее не было столов, и она могла разместиться так, как захочется. Единственное только что ноги не развела. Когда лектор занял свое место, только тогда Эл подняла на него взгляд непроницаемых глаз, буквально просверливая в нем дыру. Для нее не было правил тактичности и уважения, она могла смотреть в глаза подолгу, откровенно рассматривая человека. Особенно если он ей нравился.
И это страшно бесило.
    Нет, она не смела даже подумать о том, что этот заучка может быть привлекательным. Эли нравились молодые парни, которые сносили крышу своими поступками. Те, кто мог ради нее сделать все. Этот же старик казался надоедливым, заносчивым. Он чтил правила и требовал строгости в своем поведении, так же и со студентов, что никак не вписывалось в мир самой Элифтарии. Несколько пар у него прошло в постоянном противоборстве, где никто не хотел друг другу вступать. Правда, у него оставалось терпения не оставлять ее после пары, чтобы отчитать. Что же, пусть попробует. Прозвучало в голове, словно вызов самой себе. Ухмыляется, языком влажным проводит по губам, ловя взгляд педагога. Холодный. Внимательный. Он словно без слов заставляет подтянуть задницу выше и нормально сесть на стул. Довольная, она привлекла внимание – то, что и было задумано.
      Лекция началась, и Крис заговорил. Она слушала молча, ей нравилось слушать его голос да и в целом предмет ее привлекал. Несмотря на свой характер, девчонка была не глупой, и замечательно вбирала в себя то, что ей было интересно. Она укладывается перед собой на парту, вырисовывая что-то на листе, но явно не лекцию. Элифтария обладала потрясающей памятью, которая позволяла ей запоминать все практически слету. Смотрит из-под ресниц на предмет своего восхищения, слушает глубокий и низкий тембр, который переливается, словно отголоском многих голосов, меняется, переплетается, проникает куда-то внутрь, оставляя щекочущее ощущение в грудине.
Не нравится.
     Резко встает со своего места и запрыгивает на парту заднюю прямо перед лицом своего сокурсника. Заставляя того дернуться и глухо загоготать. Гул прошелся по всей аудитории, порядок был нарушен – а это и нужно было. Медленно обводит смотрящих на нее студентов (благо в частном колледже их было немного) а затем сталкивается взглядом с учителем, который так сильно бесил. – Скучно. – Констатировала будничным тоном. – Неужели нельзя заняться чем-то более интересным и захватывающим, нежели писать эти корявые буковки за педагогом. – Наклоняет голову в бок. – Не знаете как заинтересовать студентов, не беритесь, мистер Адамс. – Тишина повисла в аудитории, отзываясь навязчивым писком в ушах.

[nick]Eliftaria Silva[/nick][status]демоненок[/status][icon]http://ipic.su/img/img7/fs/ValuableParallelCrow-max-1mb.1674050390.gif[/icon][sign].....[/sign][lz1][LZ1]ЭЛИФТАРИЯ СИЛВА, 18 y.o.
profession: студентка;
relations: чертов демон[/LZ1][/lz1]

+1

3

[nick]Chris Adamson[/nick][lz1]КРИС АДАМСОН, 37 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> преподаватель истории литературы, ученик "богов любви"<br><b>relations:</b> <a href="ссылка на профиль">secret</a>[/lz1][icon]https://i.imgur.com/4WPrFoD.gif[/icon]

ost // pumped up kicks
you'd better run,
better run,
faster than my bullet
«Она невыносима. Ее невозможно контролировать,» сказал я, касаясь перстня с черным камнем, затем обернулся и продолжил, «это бессмысленно, мы потеряем время и ничего кроме проблем не найдем в этой», махнул рукой и прикусил губу. Я думал о тебе. О том как ты в первые появилась в стенах этого замка. Вспоминал, как вела себя с деканом, ведь я наблюдал за вами, стоя в стороне, «у нее язык змеи, а спеси хватит на несколько братств. Она разрушит баланс.»
«Это не мое желание. Это желание арбитра.»
Я медленно выдохнул. Обернулся опять к окну. Долго рассматривал дерево перед замком. Все еще прекрасное, и все еще цветет. Символ нашего братства внутри богов любви. Символ предрасположенности к законам природы и балансу. Я часто спрашивал себя, зачем нужно было находить точки соприкосновения с теми, кто разрушал эту землю целенаправленно? Философия жизни.

Ты — ком в горле. Заноза, которая не гноится, но регулярно напоминает о своем существовании острой ноющей болью. Из всех они предпочли тебя. Словно в мире больше не существовало других достойных личностей. Как буд то боги заведомо отбирали в семью лишь тех, кто был способен нажать на кнопку и взорвать добротную половину планеты. Зависть? Иногда я думал и об этом. Они хотели провести тебя тем путем, который мне не был дан. Когда я добивался всего сам лет с семнадцати. Шел на все, ради этого кольца. Ради их милости. Ради того, чтобы меня приняла семья. Я видел всю поднаготную и интимную жизнь богов. Через мои руки прошло столько матерей, сестер и дочерей. Вместе с их отцами, братьями и мужьями, что хватит на всю оставшуюся жизнь. Ради этой должности в стенах колледжа. Ради какого-то голоса я давил глотки, но тебе. Тебе, Элиф, хотели дать больше, и еще.

Чувствовать себя всегда в напряжении. Ощущать собственную неполноценность и неоценность. Потребность в них больше, чем нужен ты сам.
За последние несколько лет боги потеряли многих братьев и сестер. У нас появились враги извне. После смерти части семьи Дюпон французы настороженно относились к другим. Наша сторона настаивала на участии в войне. В войне к которой не были готовы ни европейские страны, ни восток, ни даже американцы.
И во всем этом мракобесии я просто искал свое место. А когда нашел и начал его плотно укреплять, мне дали тебя ...° ° ° В тебе гонора слишком много. Он ставит в ступор и выбивает из колеи. Это была лекция для будущих ораторов и актеров. Для тебя. Шиллер, Шекспир и Гёте. Параллели в простых истинах. Драматургия на века. Я облокачивался о стол и не замечал тебя. Это не сложно. Ты слишком юна и наивна. Амбициозна и упряма. Я тоже таким был.
«Скука? Мисс Силва, зайдите в мой кабинет после лекций,» проговорил холодно и спокойно, я убью тебя, Элиф.
Более я не обращал на тебя внимание. Пропустил мимо отказ сдавать эссе на тему философии в творчестве великих драматургов. Я не спрашивал тебя единственную из группы, не делал замечания, обходил стороной. Так словно тебя не существовало.
Это была вторая лекция за день. Только она принесла мне больше негатива, нежели удовольствия. И по большому счету, скоро все закончится. Я выстрою грани. По плану введу постановки во время лекций, когда студенты будут раскрываться больше. Меня пугаешь только ты. И об этом я думал, возвращаясь в учительское крыло, где были наши спальни. Моя была, да. В башне. Таким образом я убегал от социума и скрывал свои тайны. Элеонор — ассистенка преподавателя по хореографии была одной из них. Она ждала меня за дверью. Повисла на шее и на французском пролепетала, что шла тихо и никто даже не заметил. Да, она воистину порхала над землей, ее шаги сложно услышать. Но это. Не то. Совсем не то. Я начал создавать, сам того не желая, маленького истиричного собственника в стенах колледжа. Ее ревность была так же велика, как и страсть с которой она шла на все мои безумные желания, вплоть до того, что могла отдаться нескольким парням одновременно, ради любви ко мне. Но она была безобидна. По крайней мере, я считал так сам.
Мы провели вместе несколько часов. То время, когда ты врешь женщине, себе и всему миру. Говоришь, что это навсегда, родство душ и слитие двух тел, что умрешь, если погибнет она. Люди так делают. Всегда. Потому что такова сущность человека. Ложь ради собственных амбиций и эго. Ради чего-то, что мы посчитали единственной правильной и верной истиной. Но что такое истина? Не существует объективных истин. Все и всегда слишком субъективно. Любил ли я Элеонор? Нет. Но говорю ей это, каждый раз, до секса, во время и после. Это придает какой-то высшей цели обычный акт совокупления.
Я курил, сидя в окне. Слушал как капли дождя разбиваются о шифер или асфальт, превращаясь в лужи. В них отражался свет и сам замок. Француженка, одеваясь на ходу, промурлыкала: mon chéri. Она упорхнула из башни, и бесшумно полетела вниз по ступенькам винтовой лестницы. Тогда я вспомнил о тебе. Ты уже должна была зайти, а я был обязан указать на правила и приличия поведения в стенах этого здания. Но нет. Лишь позже. Я услышал, как ты зашла. Без стука. Не оборачиваясь, я проговорил. Я знал, что это ты. По аромату духов:
«Что для тебя скука, Элиф?»
Заходи. И этот разговор останется между нами. Я прикоснулся к кольцу. А после встал. Быстро, но весьма плавно. Посмотрел в твои глаза, прежде чем схватить за глотку. Ничего. Это пройдет, Элиф. Привыкай. Не сдавливая больше, чем положено, удерживал ее внимание.
Власть не подходящее слово, но первое, что приходило на ум.
«Смелее, Элиф. Тебе сейчас скучно?»

Отредактировано Jake Scott (2023-01-22 21:05:06)

+1

4

Избалованная девчонка, которая привлекала к себе внимание любыми способами. Наглая ученица, которая была готова сделать все, чтобы получить к себе внимание. Обычно такие люди израненные внутри, они не принимают и не понимают того факта, что все идет от отношения их в семье. Горделивая, заносчивая, она вскидывает ввысь свой острый носик, показывая всем своим видом, что ей все равно. Но ей не все равно смотреть на то, как учитель отворачивается к ней спиной. Не все равно пытаться поймать его взгляд, но не в силах это сделать, ведь для него ты пустое место. Снова. Как всегда. Раз за разом, окуная ее за шкирку в ледяную воду, как это было в детстве. Мать и отец всегда работали, оставляя малышку одну уже лет с семи. Она училась самостоятельности, и умело справлялась на кухне к двенадцати годам. Все восхищались тому, насколько собрана девчонка и умеет быть одна… А потом щелкну тумблер, и весь мир перевернулся. Она требовала к себе внимания. С каждым разом все больше и больше, а родные откупались деньги. Впрочем, ее и это устраивало. Ее глаза щурится, она смотрит внимательно и прямо, даже не пытаясь спрятать своего интереса. Кто-то позади нее начинает хихикать, ведь замечают такое поведение. Он нравился многим, девчонки украдкой поглядывали на молодого преподавателя, который умел владеть своим голосом так, что кажется, мог заворожить любую. Щелкни пальцем, и все тебе подадут на блюдечке. Это бесит. Раздражает и выводит из равновесия. Как он смеет не обращать на меня внимания? Капризная девчонка негодует, скалится, превращаясь в звереныша, которому наступили на хвост. Смеется, отрицательно качая головой. Сегодня она сделает все, чтобы вывести его из равновесия. Если только у нее получится…
    - Как скажете, мистер Адамс…У вас, так у вас.- Промурлыкает словно кошка, но в этом мягком обращении столько негасимого пожара, что стоит обойти его стороной. Несколько попыток обратить на себя внимания остались пустыми, Элифтария злилась, и, в конце концов, встала со своего места. Она, молча, вышла из аудитории, чтобы двинуться прочь по длинному коридору в уборную. Вещи она забрала с собой, ведь даже не собиралась возвращаться, всем своим видом показывая лектору на то, что ей скучно. Она привыкла что за ней бегают. Она привыкла, что ее упрашивают, и попросту не могла принять тот факт¸ что не для всех мир крутится вокруг ее юбки.
Зайдите.
Ко мне.

     Как отголоском на повторе его голос и слова. Мурашки пробегают по всему телу, когда девчонка облокачивается на холодную стену. Ей казалось, что его прикосновения такие же холодные. Закроет глаза, запрокинет голову, жадно начиная дышать ртом. Странное ощущение, словно одним движением руки перекрыли весь кислород. Словно стоит открыть глаза, и земля уйдет из под ног. Кто ты такой, черт побери? Неприятно. Непонятно. Она как крыса в клетке перед огромным удавом не знает куда спрятаться. Он завораживает, притягивает к себе, но в то же время источает такую опасность, что начинают подгибаться ноги. Никогда прежде Элиф не испытывала подобное. Но больше всего пугало то, что она как загипнотизированная шла к этому. Не хватало как воздуха утопающему. И это превращалось в физическое желание, что стягивало внутри все болезненным узлом.
    Резко откроет глаза, когда услышит шаги по лестнице, столь плавные и легкие, словно привидение решило спуститься. Элифтария стояла так, что идущий не мог ее увидеть, а вот она прекрасно рассмотрела девушку, что с нежной улыбкой спускалась. Счастливая. Довольная. Словно целая гора счастья свалилась на ее плечи. Элифтария знала таких. Они популярны здесь, всем улыбаются и источают такой свет, что можно ослепнуть. Элиф от таких тошнит. Она ненавидит притворство ради достижения своей цели. Она ненавидит ложь и лицемерие, ведь так хорошо его улавливает на уровне обоняния и инстинктов. От нее неприятно пахнет. Слишком сладко и приторно. Что это? Любовь?
    Элифтария еще не знала, что вместе с кабинетом в этом отсеке располагалась и спальня мистера Адамса – ревностью вышибло бы дыхание напрочь.
Подожмет тонкие губы и двинется по лестнице вверх никуда не торопясь. Она сомневалась, но нестерпимо рвалась вперед. Странное ощущение, словно ее собственные мысли подталкивали пройти этот путь. Путь чего? Мучения? Просветления? Искупления? Ей нравилось слушать его, нравился его голос, который мурашками пробирался под кожу, и словно ядом отравлял кровеносные сосуды. В каждом человеке она слышала его. В каждом аромате она улавливала знакомые нотки, но все было не тем, вызывая лишь отвращение и ненависть. Сумбурное понимание собственных ощущений выводило ее из себя. Но внутри так все трепетало. Что сказал Лорд Генри Уоттон в великом произведении «Портрет Дориана Грея»? Нет, быть любимым и обожаемым скучно, а ведь именно умение любить наполняет тебя трепетным ощущением безумного наслаждения.
Как и убийство.
      Элифтария остановится ненадолго перед дверью, но лишь для того что бы толкнуть ее, даже не постучавши, одним шагом мягким оказываясь в довольно просторном помещении. Осматривается доли секунды, переводя взгляд на спину мужчины, который улыбался. Откуда она это знает, ведь не видит? Она чувствовала. По спине пробежал холодок. Элиф в аудитории была среди тех, кто всегда ее мог поддержать, а сейчас она была один на один со своим самым страшным кошмаром.
Один на один. Та самая красы перед взором удава, который не пытался отвести взгляд, задавая свой вопрос. Кабинет был огромным, но почему тогда они стояли так близко друг к другу, словно этот окружающий их мир сузился до невероятных размеров. Элиф не заметит, как рука дернется в ее сторону, она лишь запоздало ощутит, как пальцы, словно удавки обвили шею, такую тонкую и столь хрупкую, что если не рассчитать, то можно переломать позвонки. У него длинные и тонкие пальцы, но в них столько силы, что у девушки не остается на это сомнений. Организм реагирует первым, заставляя ее распахнуть рот и глаза, в попытке глотнуть воздуха, от чего гортань так сладко щекочет мужскую ладонь. Еще один шаг ближе, но глаза не отпускает, поймал на крючок столь наивное создание. Но Элифтария не мечется, не бьется в его руках, даже не пытается вырваться. Она старается ровно дышать, смотрит приковано в глаза, в которых попросту можно утонуть, а в ушах шум, словно кто-то стер существование внешнего мира.
Только он и она.
    - Скучно сидеть на паре и слушать то, что я и так знаю. Скучно улавливать рассеянное внимание, направление не на меня одну. – Проговаривает тихо, скорее это даже похоже на шепот ведь кажется, повысь она хоть на немного голос, и весь мир разрушится осколками, оставляя глубокие шрамы нет…не на деле – на душе. А у нее есть душа? Руки девичьи мягко и медленно поднимаются, дабы не спугнуть. Подушечками пальцев она коснется мужской руки, боясь обжечься о холод… Но нет, она горячая, кажется даже горячее чем она сама. Скользнет по оголенной от ткани рубашки коже до самого локтя, ногтями ощутимо карябая, так и не оторвав взор. Словно слепая изучая узоры вен, что проступают под кожей. Или ты думал, что она будет тряпичной куклой безвольной в твоих руках? – А что для вас веселье, мистер Адамс? – Какое право она имела задавать вопросы ему. Словно голос в голове тихий, но разве Элифтария могла просто так принять его действия как данность? Мурашки бегут сильнее, скапливаясь где-то внизу живота, и от этого ощущения дыхание становится тяжелее. – Что заставляет вас дышать чаще? Неужели приторно сладкий аромат духов прекрасной леди, что все еще звучит на вашей коже?
Несносная девчонка.
Бестия.

[nick]Eliftaria Silva[/nick][status]демоненок[/status][icon]http://ipic.su/img/img7/fs/ValuableParallelCrow-max-1mb.1674050390.gif[/icon][sign].....[/sign][lz1][LZ1]ЭЛИФТАРИЯ СИЛВА, 18 y.o.
profession: студентка;
relations: чертов демон[/LZ1][/lz1]

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » part: next stop paradise


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно